Домой

– О, Володя пришел! – обрадовался Арсений Васильевич, – Ниночка, мне бы это… уйти, короче. Ты Володе покажи, а я еще вечером…

– Помучаюсь, – закончила за него Нина, – папа, делать-то что?

– Вот с Володей поговори? – предложил отец, – а я правда пойду уж.

И он поспешно вышел из комнаты.

– Что делать будем? – спросил Володя.

– Ох, что делать… сейчас расскажу.

Нина села к столу, Володя устроился напротив.

– Ну слушай, – начала она, – у нас в гимназии собрались устроить представление – благотворительное.

Там про рождество, елку, сиротку – ну, интересно. Стали роли раздавать. Я хотела сиротку играть или уж там фею – но и сиротка, и фея поют. А я в смысле пения… Сижу, молчу. И что вышло? Мне дали играть – злую мачеху!

Володя кивнул головой:

– Интересно.

– Интересно? Что там может быть интересного? Она злая, никому не понравится… вот слова мне дали, роль. Я выучила, стала перед папой представлять. А он – видишь – дела придумал и ушел.

– Ну почему сразу дела придумал…

– Что я, папу не знаю?

Дети помолчали.

Нина горестно развела руками:

– Ну вот и не знаю, что делать…

– А какие там слова?

– Вот, на столе.

Володя взял маленькую тетрадочку:

– Тут только твои слова?

– Да, я переписала.

– А остальное – помнишь?

– Конечно.

– Расскажи?

Нина неохотно начала пересказывать – жила-была девочка, и матери у нее не было, и злая мачеха посылала ее в лес…

– Нет, Нина, не так, – перебил Володя, – с чего все начинается? Ну, на сцене?

– Идет снег, – снова заговорила Нина, – появляется бедная сиротка, поет грустную песенку, собирает хворост, тащит все это с собой.

– Так. Дальше?

– Потом она приходит домой. Там ее встречает злая мачеха.

– Как встречает? Что говорит?

– Вот в тетрадке написано: где тебя так долго носило? Почему мало хвороста?

– Давай попробуем? Я буду сироткой, а ты меня ругай. Вот смотри – я вхожу и тащу хворост.

Володя вышел за дверь, потом вернулся, прижимая к груди воображаемую охапку хвороста.

Нина растерянно посмотрела на него и сказала:

– Где тебя так долго носило? Почему мало хвороста?

– Нет, Нина, погоди, – перебил Володя, – ты же на меня сердишься. Меня долго не было, хворосту мало. И вообще ты меня не любишь, я тебе не нужен… не нужна. У тебя, наверное, своя дочка есть?

– Есть, только она спит все время. Она только в самом конце появится.

– Ну вот. Своя, любимая. А тут я… я тебя раздражаю, да? Ты меня только как служанку используешь.