Якобинец

Для чего же еще этот санкюлот возник здесь как чёрт из табакерки, в самый момент чудесного спасения?!

Убить его? Но де Бресси был совершенно безоружен, а из-за расходящегося на груди плаща Куаньяра он ясно увидел саблю и пару пистолетов.

– Эти улицы для вас также не вполне безопасны, – прервал молчание Куаньяр, – я намерен проводить… до самого порога дома…

– Могу я узнать.. гражданин.. с чего вдруг мы, едва не убитые в Аббатстве, заслужили такую трепетную заботу якобинца? – у де Бресси явно сдавали нервы.

Норбер почувствовал смутную обиду, а потому глухое раздражение:

– Вам предпочтительнее вернуться домой или в Аббатство, а может вам симпатичнее Ла-Форс и гостеприимство Эбера? У вас есть масса возможностей украсить собой вот один из этих старинных фонарей, как только вы попадетесь на глаза очередной группе волонтёров..Я намерен дойти с вами до самого дома…

Но де Бресси увидел в этом предупреждении лишь прямую угрозу. И к чему этому упрямому санкюлоту так нужно узнать их новый адрес?

– Вы явились как расплата за случайность счастливого спасения.

.Ведите нас, куда хотите, ведь знаю, стоит вам подать знак…я уверен, что вы не один… как появятся десятки ваших кровожадных дьяволов с пиками в красных колпаках!», – вырвалось со злобой и отчаянием – только имейте в виду, гражданин санкюлот, в кровавый ад Аббатства мы не вернемся иначе, как силой, зовите своих людей…а лучше прикажите убить нас прямо здесь!

Норбер задохнулся от гнева и острой несправедливости.

До какой же крайности все они презирают нас… Сдержало лишь её присутствие.

– Может быть, вы окажетесь менее упрямы?, – Норбер с надеждой повернулся к Луизе де Массийяк и постарался придать своему холодному голосу максимально мягкий тон и чуть более эмоциональный окрас, – и поверьте, моё появление не угроза, а присутствие рядом защитит сейчас вас лучше любого охранного свидетельства…Не верите? Но разве я не пришел вам на помощь в Санлисе? Простите, что вынужден был напомнить об этом.

Если вы поверите мне, я сделаю всё возможное для вашей безопасности…

– Мне кажется, что у нас нет выбора, – услышал он ее тихий слабый голос.

– Вы не раскаетесь в том, что доверились мне, – Норбер впервые позволил себе подойти к девушке совсем близко и осторожно взял ее за обе руки, что совсем не соответствовало простым нормам вежливости. Девушка немедленно отстранилась.