Погадай на жениха, ведьма!

– Что?!

– Не переживай, женщин они не едят! – «обнадежил» меня этот гад и тотчас добавил: – Ну, в основном. Разве что по праздникам, деликатес все же.

Именно в этот момент меня сдернули с плеча и с размаху уронили на мягкие шкуры, что устилали подножие трона из костей, на котором восседал… обалденной красоты мужик в одной набедренной повязке.

Отблески пламени плясали на его бронзовой, сверкающей от масла коже, под которой перекатывались литые мускулы. Профиль был подобен чеканному силуэту древнего бога войны, который я как-то видела в одном старинном храме, а длинные, заплетенные в косички темные волосы спускались на мощные плечи.

Мужик был, бесспорно, хорош, если бы не одно «но». А именно: ожерелье из человеческих зубов и пояс из реберных костей.

– Баба? – лениво поинтересовался вождь, мельком глянув на меня.

– Баба, – подтвердил мою половую принадлежность демон и, ткнув в вождя пальцем, громогласно сказал.

– Хм… – задумался «бог войны», потирая скульптурный подбородок. – За деньга?

– По любви! – торжественно выдала потусторонняя сволочь.

– Добро, – величественно кивнул варвар с ограниченным словарным запасом и спустился со своего возвышения. Когда он оказался возле меня и продвинулся настолько, что широкая грудь оказалась в десятке сантиметров от моего носа… в этот самый нос шибануло ни с чем не сравнимое амбре. Гремучая смесь запаха застарелого пота, мускуса и плохо выделанных шкур.

– О да, – закивала я, соглашаясь, что вонь действительно та еще. И прикидывая, как бы понезаметнее отползти в сторону гораздо более привлекательного при этом раскладе демонюги.

Но не получалось. Варвар неподдельно заинтересовался моими волосами и сейчас цепко держал одну прядку, рассматривая на свет.

– Красивая. Пойдешь седьмой жена? Жареный ящериц каждый день кюшать, шкура песчаный тигр в подарок, валять по ней каждую ночь стану!

– Ик!

– Соглашайся, ведьмочка, – злорадно рассмеялся демон. – Предложение очень щедрое!

– Забери меня отсюда! – впервые во весь голос заорала я, уже не думая, как про это кто подумает.