Ямы мои

А после его деревянную основу куда-то увезли. Поэтому и думаю, что где-то, да кто-то, может, и собрал какую его часть и пристроил к своему дому.

А мне он снится целым, крепким, живым. В нём в моих снах, можно жить. Он будто ждёт именно нас. Подразумевается, будто вокруг стоят в прежде существующем порядке соседские строения, заборы, высоченные карагачи, бузина, вишни, но из людей кроме меня никого… Иногда удаётся посмотреть на нереальный мир изнутри дома, через окно.

Дом наш №28 был в переулке предпоследним.

Сразу за нами он заканчивался тупиком и воротами соседей. Дети соседские- Ринат и Флюрка, были много меня старше, интересы их были вне наших тогдашних игр и само собой, друг друга мы не замечали. А по адресу переулок Ухтинский 26 обитали Наумовы, и хоть их сын тоже был старше, с ним разница была не такой большой. Старый чёрный кот Васька, доставшийся нам вместе с домом, гонял обоих наумовских собак. Этот паразит, кроме всего прочего оставивший шрам на ноге моего двоюродного брата, вообще традиционно ненавидел собачье сословие. Всё. И преследовал их всюду. Будто зная заранее, что смерть свою примет именно от них, прокушенный и хрипящий, попытавшись безуспешно взобраться на забор, но всё понявший, принявший, он повернулся и уполз на кладбище, чтобы затихнуть навсегда среди могил. Вечером я потащил туда мать, надеясь, быть может, отыскать кота ещё живым, принести домой и спасти. Убей, не помню, нашли ли мы его, или зря дотемна проблуждали среди оградок.

Вообще был он злющий тип и поначалу хотели мы от него избавиться, для чего родственник, Сашка Клевцов, посадил бедолагу в мешок, запрыгнул на велик и отвез приговорённого к ссылке на Речную, за жэ.

дэ.пути. Но вернулся Васька почему-то раньше Сашки, и когда тот приехал рапортовать об удачной операции по депортации, «свежеэтапированный» вздыбил загривок и спрятался. Попытка эта осталась единственной. Кот признался неотъемлемой принадлежностью дома. Тем более, как оказалось, Василий верховодил над окрестными хвостатыми. Частенько весной меня несколько пугало даже собрание полутора-двух десятков Васек, Мурзиков, Мурок и прочих на карагаче перед домом, причём наш чёрный агрессор сидел в середине кроны и повыше других. Но всё было чинненько, благородненько, без обычного в таких случаях ора и драк.

Пытаюсь десятилетия спустя оценить длину нашего Г- образного переулка. Принимая во внимание участки, дома и хозяйственные постройки, выходит у меня, что это метров 120, а то и до 150.