Ротенбургский король. Перевод с немецкого Людмилы Шаровой

Я спрашиваю oт его имени. Или Вы хотите воспротивиться королю?

– На Вашей стороне сила, господин Бургграф, – осторожно ответил Якоб Топплер. – Я был бы безумцем, если бы посмел сопротивляться Вам. Однако, я отрицаю Ваше обвинение: У меня нет того, что Вы ищете.

Бургграф испытывающе посмотрел на него.

– Я хотел бы избавить Вас от позора, и не приказывать обыскать Вас как презренного вора. Можете ли Вы поклясться за Вас и всех Ваших спутников, что Вы не везете с собой ничего, что было передано Вам Венцелем, королем Богемии?

– Позвольте, все же, господин Бургграф, обыскать их! – прошептал Зайнсхайм и подъехал к нему ближе.

Но Фридрих движением руки приказал ему молчать и ответил:

– Речь Генриха Топплера острa как яд и его кровь горяча, но его клятва так же священна для него, как и для самого преданного рыцаря империи.

– Благодарю Вас, господин Бургграф, за эти слова! – восклинул Якоб Топплер, и его глаза радостно вспыхнули.

– Можете ли Вы и хотите ли Вы поклясться? – продолжал бургграф.

Якоб Топплер поднял свою руку, и, пристально глядя в глаза бургграфу, произнес клятву.

– Теперь я вижу, что мы ошиблись, – сказал Фридрих. – Я верю Вам. Но прежде, чем Вы отправитесь дальше, хочу Вам сказать еще одно. Ваш отец писал мне, что он хотел бы поговорить со мной. Передайте ему: после Святой Пасхи я отправлюсь в Ансбах и пробуду там до Дня Вознесения нашего Господа. Он может сам решить, когда он хочет приехать. Я тогда пошлю ему письмо с нарочным.

Бургграф слегка наклонил голову в сторону сына бургомистра Ротенбургa, повернул своего коня и поскакал прочь.

И прежде чем Якоб снова сел в седло, вся толпа скрылась за поворотом лесной дороги.

III

В то время как Якоб Топплер держал ответ перед бургграфом, в сердце он пообещал своему покровителю, святому Якобу, две толстыe восковыe свечи, если он счастливо выйдет из этой опасной ситуации. Теперь же, когда это было позади, он решил сделать большее пожертвование, если святой поможет доставить важные письма в руки отца.

Тогда он не только поставит две свечи, но в добавок пожертвует новое бархатное одеяние для фигуры святого, стоящей в алтаре часовни Коболцеллер. Эта маленькая часовня в долине Таубера была особенно дорога ему с самого раннего детства. Там внизу в долине Таубера находился маленький замок его отца, окруженный садом из роз, необычное, похожее на голубятню сооружение, подобного которому не было нигде во Франконии и Швабии.