Наши дети. Исповедь о самых близких и беззащитных

А у этой девочки смесь пролилась, течет по щекам, по шейке. Я спрашиваю:

– А где медсестра?

Подходит девушка молодая. Я взял девочку на руки и ее щечку прислонил к щеке медсестры. Она так и шарахнулась:

– Что вы делаете?

Я говорю:

– Ну ты прижмись к ребенку просто. Она вся мокрая. Тебе самой так приятно будет?

В другом доме ребенка, в Карелии, я стал проверять соски. Говорю:

– Покажите, пожалуйста, пустышки мне. Дети сосут пустышки?

– Да, сосут.

– А кормите из соски?

– Из соски, да.

И вот меня заводят на кухню – а там в каждой группе есть маленькая кухня, – и там стоит на плите такая кастрюля, в которой варятся соски. Потому что из всех видов сангигиенической обработки у нас в большинстве домов ребенка – наверное, таких 99,9 %, – по-прежнему соски кипятят. При этом я с ходу могу назвать несколько детских учреждений, которые из этого ряда выбиваются, – в том числе детский дом-интернат для умственно отсталых детишек в поселке Ояш, в двухстах километрах от Новосибирска, где для младшей группы завели пластиковые бутылочки и специальные стерилизаторы.

Директор этого детского дома-интерната мне рассказывала:

– Павел Алексеевич, я сама к этому пришла. Вот это кипячение, эти стеклянные бутылки, которые еще с советских времен остались, ну сколько же можно! А эти новые – они и прочнее, и в три раза дольше служат, и дешевле обходятся в итоге.

Хотя если сравнить по цене покупки, пластиковая бутылка дороже стоит, но через некоторое время окупается.

Так вот, открывают мне кастрюлю, я смотрю – а там плавают резиновые соски, такие, знаете, уже все черные, заскорузлые, дырка вся разодранная. Я говорю:

– Это что, вы сейчас вот это вскипятите, а потом детям дадите?

– Да-да, сейчас будем кормить.

– Я у вас возьму две сосочки на память, ладно? – из кастрюли выловил и в карман убрал.

Ну и помимо этого я в том доме ребенка еще много чего нашел.

Захожу, например, в ванную, а там какашки из горшка смывают прямо в ванну, где должны детей купать. То есть пришла нянька с горшком, как обычно, воды налила, вылила, сполоснула – а тут я, как нарочно, захожу. И главврач этого дома ребенка, очень пожилая женщина, к концу моего обхода поняла, что уже, видимо, пора ей идти на пенсию.

Но я этим ограничиваться не собирался.