Посмотрите на меня. Тайная история Лизы Дьяконовой

В доме станет “тише”, потому что все поймут, как же они ее “доставали”!

Лиза пока еще обычная провинциальная девочка. Через две недели после вышеприведенной записи она переживает из-за двух случаев. Пролила чернильницу, Лизу наказали, а чернильницу отняли. И еще царский поезд потерпел аварию[9 - 17 октября 1888 года под Харьковом у станции Борки поезд с императором Александром III и его семьей потерпел страшное крушение. Погибло много людей, и сильно поврежден царский вагон, но сам император и его семейство не пострадали.

Это было воспринято как Божий знак. На месте катастрофы был воздвигнут православный храм.].

Кто осмелится сказать теперь, что Бога нет? Ужасная опасность, грозившая России, отвращена, и кем же? Скажут: случайностью, но разве этот случай можно так объяснить?! Нет, Бог всегда спасал Россию, спас Он ее и теперь! Господи, какую радость я почувствовала, узнав о том, что царское семейство не пострадало при крушении!

Но не стоит придавать большого значения этому детскому монархизму.

Все дети одинаковы. “Ура! Сегодня опять не учились! За здоровье Императора и Императрицы. Ура! «Боже, Царя храни…»”

Освободили от уроков! На улице, несмотря на осень, чудесная погода! И еще гувернантка Лизы Александра Николаевна собралась замуж, а это же так интересно!

Счастье-то какое, свет-то какой, шум, солнце, мороз!.. Ну как тут с ума не сойти?!

Поначалу можно подумать, что мечты о смерти просто связаны с желанием увидеть отца. Он ей снится…

Странное чувство испытываю я, когда вижу его во сне: мне хорошо, весело делается, только как будто жаль кого-то.

Говорят, что это он напоминает мне, чтобы я за него молилась. Это правда. Когда я плохо или долго не молюсь за папу, он мне всегда приснится…

Может показаться, что желание смерти – это просто способ пофантазировать о жизни без насилия.

Мне смерть – предмет первой необходимости: меня не станут бранить, не заставят французских правил из Игнатовича[10 - В. С. Игнатович. Концентрический учебник французского языка.

СПб., 1889. – П. Б.] учить, не будут из физики и математики спрашивать и тройки ставить; не будет Шкалик[11 - Гимназический надзиратель. – П. Б.] выговаривать, не буду я больше бояться – “вот спросят”…

Смерть как “предмет первой необходимости” среди гимназических предметов – это чистой воды каламбур, игра слов 14-летней “писательницы”, которая уже набила себе руку благодаря дневнику. У Лизы начинаются сложности с преподавателем литературы.