В борьбе с большевизмом

Они называли себя Советом обороны Северо-Западной области и проявляли с внешней стороны большую деятельность, но на самом деле мало подвигались вперед и постоянно сбивались с намеченного пути. Иногда они принимали живейшее участие в событиях местного характера и как бы забывали о своих прямых обязанностях, иногда же снова возвращались к ним и лихорадочно суетились, стараясь наверстать потерянное время. Они часто бывали в Киевском вербовочном бюро Южной армии, где просили добровольцев, которых больше устраивает север, отправляться в части Северной армии.

Согласно их просьбе были мною отправлены в Псков: Волынский стрелковый добровольческий полк под командой Генерального штаба полковника Ветренко и Ярославский пехотный полк.

Тогда же мне стало известным, что Совет обороны ездил в гор. Харьков, где просил генерала графа Келлера принять командование Северной армией и стать во главе всего монархического движения на северо-западе.

Генерал граф Келлер согласился на это предложение и выехал в Киев, чтобы там сформировать себе штаб и получить необходимые бумаги для проезда в Псков.

Однако неожиданные события изменили все планы, и граф Келлер, будучи арестован, после падения Киева погиб от преступных рук петлюровцев.

Формирование русской добровольческой армии в Пскове меня сильно интересовало, и я имел еще тогда намерение просить генерала графа Келлера взять меня с собой, чтобы там, в непосредственной близости от столицы, продолжать свою работу в деле восстановления законного порядка в России.

По прибытии в Германию, где нас всех поместили в лагерь Зальцведель, я не потерял надежды продолжать и в новой обстановке свою деятельность, тем более что назревавшие мировые события ясно указывали на необходимость нам, русским, напрячь все усилия. Одновременно с этим успешное развитие военных действий на Сибирском фронте и подготовка большого наступления генералом Деникиным на юге также придавали мне бодрости и создавали настроение, которое не позволяло сидеть сложа руки и ограничиваться только наблюдением.

Беседуя с офицерами и солдатами, находившимися вместе со мною в лагере, я и в них чувствовал то же настроение и сознание необходимости принять участие в общей борьбе за спасение России, и вот 7 февраля 1919 года, на одном из частных совещаний, было решено приступить к формированию отряда. Мне было предложено стать во главе начинаемого дела, и я принял предложение.