Какнога

После операции

меня привезли вниз, я еще на входе воскликнул: мама, я живой! все в порядке! нога на месте!

переложили на кровать совместными усилиями, ногу поместили на специальную шину, которая стала моей подругой на две с лишним недели

на оперированной поверхности была большая повязка

все было сделано так: на пересаженную кожу положили большое количество стерильной марли и, пришивая кожу, ниткой как бы прижимали эту марлю

потом в эту марлю шприцем брызгали всякие заживляющие средства

удаляли ее, сперва оставив нитки на швах, покрывая рану специальным «бубликом»: из бинта и ваты сворачивают – в стереометрии это называется «тор» – такое приспособление, которое, с одной стороны, закрывает рану от внешнего воздействия, с другой – позволяет ее забинтовать, но не непосредственно по коже, а над нею

когда меня привезли, я завел на коммуникаторе песню «Мария» «Маши и медведей»

почему-то именно ее мне было приятнее всего слушать в тот период, и я радовался, натыкаясь на нее на «Нашем» или «Максимуме»

теперь, понятно, я всегда вспоминаю тот октябрьский вечер, когда слышу ее

больше всего напрягали две вещи: туалет и ночной сон

смешно, но когда мне впервые после операции захотелось «по-большому», я на полном серьезе собрался было встать и пойти в туалет

этические моменты меня мало волновали в той ситуации адаптируешься и в определенном смысле теряешь стыд, свойственный человеку в нормальной обстановке: в конце концов, надо же как-то делать свои дела

просто физически неудобно было сидеть на пластмассовой утке, край которой был не шире полутора сантиметров

ну и еще я просыпался по ночам

таблетки снотворного хватало максимум часов до трех, после чего глаза открывались, а организм требовал, чтобы я как-то изменил свое положение

я был прикован к шине, на которой лежала нога, и мог принять три позы: либо просто лежа на спине, либо чуть повернувшись вправо, либо же чуть влево, в основном скрутив шею

но суть оставалась той же: я все равно лежал на спине, все, что могло затечь – затекало, и уснуть снова я не мог

иногда удавалось уломать дежурную сестру дать еще одну таблетку или сделать укол (лучше, конечно, первое) и как-то уснуть до утра, часов до семи-восьми

но на следующую ночь все повторялось

конечно, я мог потом задремать, глядя кино, днем, но тогда мне еще меньше хотелось спать ночью…

через две с лишним недели мне разрешили вставать

и шину забрали

нога смогла теперь лежать несколько р