Господин Великий Новгород 1384: путешествие во времени

]; владыка Симеон совершил тот же подвиг в 1418-м, когда назревала гражданская война между Софийской и Торговой стороной[536 - «…и повелъ крестъ господень и пречистыа Богородица образъ взяти, иде на мостъ… и разыдошася… и бысть тишина въ градъ». Там же, с. 108.]. Такая патриархальная роль владыки неудивительна, если учесть, что новгородцы и псковичи в официальных документах зачастую именуются его детьми. Ганзейцы так называют новгородцев[537 - Кузьмина О.В. Церковь и политическая борьба в Новгороде в XIV–XV веках.

Великий Новгород, 2007. С. 113.]; в договорной грамоте тверского князя Михаила Ярославича с новгородским владыкой детьми называются посадник и тысяцкий[538 - «…а дъти твои, посадникъ, и тысяцьский…» Цит. по: Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.-Л, 1949. С. 14.]; в Новгородской первой летописи под 1352 годом псковичи называют себя детьми владыки Василия[539 - «…дъшем твоимъ… и дъшiи своих…» Цит. по: Новгородская первая летопись. С. 58.], как и под 1398 годом, обращаясь ко владыке Иоанну: «господине отче»[540 - Новгородская первая летопись. С. 99.].

Но архиепископ не был тираном с единственным голосом. Ушкуйники зачастую отправлялись в свои походы без его благословения (см. «Ушкуйники»), но лучше всего то, что решение веча и решение владыки – это разные вещи, показывает ответ новгородцев псковичам: «Нас не благословил владыка воевати Литвы, а Великий Новъгород нам не оуказал»[541 - Кузьмина О.В. Церковь и политическая борьба в Новгороде в XIV–XV веках. Великий Новгород, 2007.

С. 114.].

Ещё одной зоной ответственности архиепископа как владыки Великого Новгорода была торговля.

По Уставу великого князя Всеволода, «а в Новъгородъ святъи Софии и епископу и старостъ Иваньскому и всему Новугороду мърила торговаа, скалвы вощаныи, пуд медовыи, и гривенку рублевую, и локоть Еваньскыи… иже на торгу промежи людьми, от бога тако исконъ уставлено есть: епископу блюсти безъ пакости, ни умаливати, ни умноживати, а на всякыи годъ извъщивати»[542 - Новгородская первая летопись по синодальному харатейному списку.

СПб, 1888. С. 460.], то есть владыка не только должен был быть хранителем палаты мер и весов, но и ежегодно проверять их точность.

Само собой, именно владыка решал все дела между Новгородом и Ганзой[543 - В ганзейских отчётах XV века регулярно упоминается о том, что послы приглашались в покои архиепископа. Сквайрс Е.Р., Фердинанд С.Н. Ганза и Новгород: языковые аспекты исторических контактов», М., 2002. С. 277.