Чувства

Настолько прозрачная по тональности, что ее легко было лицезреть в своем сердце, воочию узнавая каждую ноту. Такт то переходил в более сложную конструкцию музыкального строения, заставляя воспроизводить мыслительные сцены, то словно проказник, открывал самые легкие переливы своего настроения.

Этот легкий сон забвения прервал внезапный визит мужчины. Он словно вихрь ворвался в мастерскую, не давая ни единой возможности оправиться от своего быстрого вторжения. Совершенно неуловимым шагом, мужчина добрался до стола, он будто распускающийся цветок возник во весь рост.

– Добрый день! – Протараторил он. – Я пришел за своим кольцом. Помните – я рассказывал про нелепый случай, как он лопнул у меня на пальце? Вот квитанция.

– Да, да. – Отозвался Вадим, поднимаясь с кресла.

Он взял квитанцию и удалился.

Мужчина пристальным взглядом посмотрел на Марию. Создавалось впечатление, что он сверлит ее телесную оболочку, для проникновения внутрь. Она отчетливо ощущала это всеми фибрами, сначала тела, а потом и души.

Женщине становилось не по себе. Единственное, что остановило ее негодование, это вновь возникшая мысль о спокойствие. Она мимолетно поблагодарила внутреннего смотрителя за своевременную помощь и тут же выпрямилась в спине, показывая всем своим видом, что она совершенно невозмутима.

Но каково было ее удивление, когда незнакомец внезапно присел к ней на диван. Он не отводил взгляда. Возможно, это привиделось, но Мария расплывчато заметила знакомую до боли улыбку.

– Мария! – Произнес мужчина.

Нелепое молчание раскрывало степень ошеломления женщины.

Да. – После долгой паузы отозвалась она.

В этот момент зашел Вадим.

Простите. Что да? – Вдруг отозвался незнакомец.

– Вы назвали меня по имени. – Неловким шевелением губ, раздалось из недр неуверенности женщины.

О чем Вы говорите? – С издевательской улыбкой выстрелил странный собеседник. – Я не произнес ни слова.

Он схватил кольцо, и исчез так же, как и появился, внезапно и неуловимо человеческому глазу.

Вадим заметил, как Мария стала меняться в лице.

Она невероятно медленным движением облокотилась на спинку дивана, а потом и вовсе практически сползла по нему. Весь этот замедленный процесс, сопровождался постоянно сменяющейся мимикой лица, – удивление переходило на озадаченность, затем следовала игра лицевых мышц, образующих спектакль воспоминаний. Следующая картина и вовсе олицетворяла собой презрение. Да! Точно! Он понимал, что именно презрение читалось в гримасе женщины.