Эскул. Бытие

Будем общаться! По-настоящему. Живьём. Твоя правда. Хакуна матата! – произнёс я давнюю сакральную формулу, заведённую у нас с дедом с давних, ещё пацанских, времён.

– Ну вот, другое дело, – лицо деда расплылось в широкой улыбке, – жду! Хакуна матата! – затем он вдруг посерьёзнел и придвинулся к экрану, – ты, это, Тёмка, приезжай обязательно, а? Неспокойно мне как-то… Сны дурацкие снятся, будь они неладны. Наверное, кризис круглой даты, – снова улыбнулся он мне и отключился.

Откинувшись на спинку сиденья, я вновь погрузился в свои мысли.

Энергокар просигналил о пятиминутной готовности прибытия к месту назначения. Да, дед, как обычно, в своём репертуаре. Одна неоспоримая польза всё-таки есть – после беседы сон ушёл, как и не было.

Кар въехал на подземный паркинг, отключилась энергоустановка, мягко отъехали двери. Я вывалился в сухое и уютное помещение лифтового холла. В очередной раз отметил про себя, что прелесть служебного жилья для холостяка в наше время очевидна. Не нужно этих формальных заморочек с оплатой, обслугой, охраной.

За всем следит Корпорация и ответственные ИскИны. Поднимаясь в лифте и обдумывая аргументы в свою защиту в предстоящем разговоре с главой Гильдии Наёмников, подставляю лицо под шипящую струю ионизированного воздуха из решётки кондиционера. Дверь родной берлоги узнала меня при первом прикосновении и с музыкальным звоном провалилась внутрь.

Ничего особенного: гостиная, она же спальня, кухня с баром и коммуникаторная, она же душевая с туалетом, в ней же в углу святая святых игрока – сенсорная нейрованна с биогелем.

Вот с ней из Игры можно не выходить неделями, если бы не МКИП. Сторож, ангел-хранитель, судья и контролёр. Короче, гад, корпоративный. Бдит за игроками, как курица-наседка. И стучит на них же, как метроном. Но в моей специальности есть одно преимущество. Я знаю все электронные потроха МКИПа вдоль и поперёк.

Что бы ни пели нам политики с экранов головизоров, для Корпорации нет ничего важнее мотивированного игрока, здорового духовно и физически, с радостью расстающегося со своими деньгами взамен на призрак мечты и псевдожизнь в сказке.

А чего греха таить? Как и большинство, там, в глубине нейрованны, я оставлял часть себя, всё чаще хотелось вернуться туда, всё более серым становился реальный мир. Там, в Игре, не болела голова, не мучили ночные кошмары, не висели над душой ненавистная работа и вечно недовольные клиенты. Не было даже этого ненавистного грязного снега за окном. Не было. От слова совсем.