Григорий Гладков: грустный Клоун с гитарой

Конечно, авторские переходы слушатели замечают, но на удивление Гриши, его хвалят. Вот они первые проявления композиторского таланта Григория Гладкова и первый успех. Но о том, чтобы посвятить музыке всю жизнь, он еще, конечно, не думает, и на вопрос: «кем ты хочешь стать?», отвечает, не задумываясь: «летчиком» или «дрессировщиком зверей». Гриша очень доверяет своим родителям и знает, что они ему не дадут сойти с правильного жизненного пути.

В то же время сочинительство музыки год за годом для него становится совершенно органичным и естественным процессом.

С 15 лет он начинает осознанно сочинять и исполнять песни, кроме баяна осваивает гитару.

Услышав впервые песни Высоцкого, Гришу так и тянет придумать что-то похожее, и он пытается подражать Владимиру Семеновичу – на стихи собственного сочинения под старинный гитарный бой «восьмерка» поет:

«…С боями прошли Украину,

И нет больше сил воевать,

И в страшную эту годину

Устала рука убивать…»

Нередко душа требует и лирики:

«…Колокол вокзальный – всех разлук начальник,

Маленький печальник, глуховатый звон…», —

поет он, аккомпанируя себе на баяне.

Младшие классы Григорий вспоминает с теплотой, а старшие – нет. В старших классах всем верховодили двоечники, которые любили смеяться над теми, кто хорошо учился – сами не учились и другим мешали – своеобразная дедовщина в миниатюре. Это Грише не нравится.

Двоечники обычно сидели на задних партах.

К одному из них прикрепили Гришу. Фамилия его была Гайворонский. Гриша подтягивал его по математике, литературе и другим предметам. А тот в ответ пытался научить наставника тому, что умеет сам: курить, пить вино из горла, ругаться матом и смачно плеваться.

«Ты косомордый? Да!

Давай не расставаться никогда!.

провозглашал «оппозиционер и диссидент» Гайворонский, перефразировав на свой вкус слова Михаила Светлова из припева «Комсомольской песни» Юрия Стржелинского:

«…Постой, постой!

Ты комсомолец? Да!

Давай не расставаться никогда!

На белом свете парня лучше нет,

Чем комсомол шестидесятых лет!..»

Как-то раз они шли со школы, и вдруг наверху из чьего-то настежь распахнутого окна услышали заводную ритмичную композицию.