Эскул. Небытие: Варрагон

Подключён вербальный автоперевод на языки мира «Небытие» #

А я-то жалел о самом бесполезно подарке! Да это же…! Мысли мои снова прервал сварливый говорок хозяйки фургона:

– Да этот выкидыш хромой клячи ещё и тупой! Ну я тебе сейчас! – разъярённая толстуха лихо соскочила с облучка и решительным шагом направилась ко мне. Приблизившись, она замахнулась кнутом, который держала в правой руке. Но так и замерла, уставившись в район моей груди.

Воспользовавшись заминкой, я сработал на опережение. Галантно поклонившись и выставив правую ногу в грязной сандалете вперёд, я прижал руку к сердцу и произнёс, стараясь быть убедительным:

– Достопочтенная донна, не имею чести знать вашего имени, простите меня покорно, не местный я.

Разбойники напали на наш караван, и я лишён возможности предстать перед вами в подобающем виде. Не гневайтесь, уважаемая, горе помешало мне заметить ваш фургон. Я сейчас же освобожу дорогу! – и я снова поклонился.

На толстуху было больно смотреть. Когнитивный диссонанс привёл её в состояние оцепенения.

Красное лицо пошло белыми пятнами, рот открылся, а глаза вылезли из орбит. Так продолжалось целую минуту. Наконец толстуха разморозилась, всплеснула руками и захохотала, приседая и похлопывая себя по бёдрам. Слёзы брызнули у неё из глаз.

– Ха-ха-ха! Караван…Ха-ха-ха…донна, – наконец она успокоилась, засунула кнут за голенище, протёрла глаза ладонями и шагнула ко мне вплотную, уперев кулаки в бока. – Не нашёлся ещё тот пройдоха, который надует мамашу Хейген, незнакомец.

Вижу, потрепало тебя, это единственная правда в твоих словах, но если хочешь и дальше нести эту чепуху про разбойников и караван, то иди своей дорогой!

– Прошу простить меня ещё раз, донна, но правда слишком невероятна, чтобы вы в неё поверили, – развёл я руками.

– Ещё раз назовёшь меня донной, попробуешь моего кнута! А разных историй за свою жизнь я наслушалась столько, что хватит построить ещё одну библиотеку в Варрагоне. Не развалюсь, если послушаю ещё одну.

– Меня зовут Эскул, Эскул из рода Холиен, уважаемая.

Может мы поговорим не на дороге, и вы позволите присоединиться к вам в путешествии к городу. Сидя оно и рассказывать, и слушать приятнее, не правда ли?

– Хм, хитрец. Вроде не юродивый и не прокажённый, да и Сёстрами отмечен. Ладно. Полезай со мной на лавку. В фургон не суйся, там дети спят. Меня можешь называть мамашей Хейген. Я привыкла, – и толстуха деловито развернулась и потопала к кибитке.

Я поспешил за ней.