Исчезновение Ивана Бунина

Ее взгляд упал на посла Французской Республики, Шарля де Ла-Мотт-Сен-Пьера.

Прощаясь с Гамсуном, она театрально погрозила ему пальчиком, а затем звонко чмокнула в щеку. Коллонтай не собиралась портить отношения с этим записным сплетником, который был в курсе всех мелких и крупных интриг, затевавшихся за кулисами Шведской академии.

– До встречи, – шепнула она на ухо Гамсуну.

– Буду счастлив. Может быть, после приема?

Ее следующим собеседником стал Ла-Мотт-Сен-Пьер. С этим утонченным аристократом она сблизилась сразу по приезде в Стокгольм.

Парижского дипломата Ла-Мотт-Сен-Пьера, уже давно занимавшего ответственные должности во французском МИДе, явно не вдохновляла жизнь в шведской столице, которую некоторые в насмешку называли Северной Венецией.

Сен-Пьер пустился в рассуждения на тему «в какой стране лучше жить», а Коллонтай думала о том, что в ближайшие месяцы ее ждут великолепные дипломатические приемы во французском посольстве, на которые, по обыкновению, там не жалели средств.

– Все эти северные дали для таких людей, как мы, прямо скажем – не рай, – разливался Сен-Пьер.

 – Дайте нам праздник! Иначе как выжить в этом мерзком климате, помноженном вдобавок на шведский неповоротливый протестантизм?

Уже через несколько минут Коллонтай перестала слушать. Демагогические речи Сен-Пьера она давно знала наизусть. К тому же француз на все лады расхваливал своего соотечественника Поля Валери, заверяя, что именно он в следующем году получит Нобелевскую премию.

Сен-Пьер делал вид, будто не замечает, как советский полпред норовит ввернуть в разговор имя Максима Горького.

«Уж если кто и может соперничать с Полем Валери, то только Иван Бунин», – добавил он. После этих слов вконец раздосадованная Коллонтай повернулась к оказавшемуся рядом представителю Великобритании и завела светскую беседу с ним.

Английский посланник был ей симпатичен. Этот образцовый джентльмен чем-то напоминал Коллонтай испанских князей, с которыми она подружилась во время своего недолгого пребывания в Мехико.

Самоуверенный англичанин был всегда не прочь посмеяться над чужими недостатками.

До недавнего назначения в Стокгольм он занимал консульскую должность в Ленинграде. Жизнь в бывшей царской столице стала тяжелой, поделился он своими впечатлениями. Изможденные лица прохожих свидетельствуют о том, что люди элементарно недоедают. В стране победила революция, а в общественных местах и скверах толпятся нищие и бездомные. Многие просят милостыню.