Афродита, или Античные манеры

Деметриос чуть не подскочил:

– Ах! на этот раз это уже слишком. Ты не будешь больше издеваться надо мной. Ничего, слышишь же, ничего! Ни зеркала, ни гребешка, ни ожерелья – ты не получишь ничего…

Но она закрыла ему рот рукой и прервала его

Но она закрыла ему рот рукой и прервала его своим заигрывающим голосом:

– Не говори так. Ты ведь хорошо знаешь что ты мне подаришь и его. Я со своей стороны, в этом вполне уверена… Я получу все три подарка… Ты придешь ко мне завтра же вечером… и после завтра, если захочешь, и будешь приходить каждый вечер.

В назначенный тобою час я буду ждать тебя в костюме, который тебе будет больше всего нравиться, накрашенная, по твоему вкусу, причесанная как ты захочешь, готовая исполнить твою малейшую прихоть. Если ты захочешь нежности, я буду ласкать тебя, как дитя. Если ты будешь искать необычайных наслаждений, я не откажу тебе и в самых мучительных для меня. Если ты захочешь безмолвия, я буду молчать… Когда ты захочешь, чтобы я пела, ах! тогда ты увидишь… Возлюбленный! Я знаю песни всех стран, знаю такие, которые тихи, как шум источников, и такие, которые страшны как приближение грозы. Я знаю такие наивные, такие свежие, что молодая девушка могла бы их петь своей матери и такие, которых не будут петь даже в Ламисаке, такие, от которых покраснела бы Элифонтис и которые я осмеливаюсь петь только совсем тихо. В те ночи, когда ты захочешь чтобы я плясала, я буду плясать до рассвета. Я буду плясать, одетая в свою тунику со шлейфом или под прозрачным покрывалом, или в шароварах с прорезью и с корсажем с двумя отверстиями для грудей. Но я, кажется, обещала тебе танцевать совершенно голой? Ну что ж, если ты захочешь, я буду танцевать голая. Нагая с головой, украшенной цветами или с распущенными волосами и раскрашенная, как изображение богини. Я умею раскачивать и закруглять руки, двигать грудью, приводить в движение живот, изгибать круп, вот ты увидишь! Перед тем как лечь спать, я танцую на кончиках пальцев на ковре. Я знаю все танцы Афродиты, те, которые танцуют пред Уранией, и те, которые танцуют пред Астартой. Я знаю даже такие, которые никто не осмеливается танцевать… Я тебе представлю в танцах все виды любви. Ты увидишь! царица богаче меня, но во всем дворце её нет ни одной комнаты, которая была бы так полна любви, как моя. Я не скажу тебе, что ты найдешь в ней.