Роскошная и трагическая жизнь Марии-Антуанетты. Из королевских покоев на эшафот

В свои пятьдесят пять король сохранил изящество и благородную осанку, однако на изможденном лице и в мутных глазах отпечатались следы, оставленные ежедневными излишествами его тайной жизни.

– Сир, – сказал Шуазёль, – позвольте мне представить вам одно из лучших украшений вашей короны…

Госпожа Антуан уже бросилась к ногам Людовика XV. Король ласково поднял ее.

– Добрый день, мое дорогое дитя, – сказал он, поцеловав ее. – Добро пожаловать. Путешествие было приятным? Не бойтесь, вы нашли старого папочку, который будет вас любить… Посмотрите на меня, чтобы я увидел, как вы очаровательны… Ах! Какой милый подарок нам прислала наша дорогая императрица!

Госпожа Антуан улыбалась, уже успокоившись.

– Сир, я уже полна желания отплатить вам за вашу доброту!

– Достаточно продолжать мне улыбаться, – сказал Людовик XV, потрепав ее по щеке. – Пойдемте, я познакомлю вас с вашей новой семьей… Прежде всего, мои дочери, ваши тетушки…

Три дамы стояли немного в стороне, кутаясь в лишенные элегантности плащи, словно боясь, что их потревожат.

Одна была костлявой и строгой, вторая толстой, у третьей был испуганный вид.

Король представил их:

– Мадам Аделаида, мадам Виктуар, мадам Софи; они не хотят ничего иного, кроме возможности любить вас.

Госпожа Антуан перешла в их объятья, но ей показалось, что их молчаливые излияния лишены тепла и искренности.

– А теперь, мое дорогое дитя, – вновь заговорил Людовик XV, – вам, должно быть, не терпится обнять вашего супруга… но где же он? Ах, вот…

В нескольких шагах, прислонясь к дереву, стоял высокий нескладный молодой человек, не шевелясь, не дыша, как будто старался остаться незамеченным.

На бледном лице выделялись большие голубые глаза. Он был плохо причесан, а камзол его помят.

– Ну, Берри[4 - Будучи третьим по старшинству сыном дофина (сына Людовика XV), Луи-Огюст (будущий Людовик XVI) первоначально носил титул герцога Беррийского (де Берри). Смерть двух старших братьев (герцогов Бургундского и Аквитанского) и отца сделали его престолонаследником – дофином, при этом за ним сохранялся и прежний титул.

Во французской королевской семье было распространено обращение к родственникам не по имени, а по названию их владения: Берри, Артуа, Конде и т. д.], – обратился к нему Людовик XV, – вы ничего не скажете вашей жене?

Это был он. Антуан робко сделала шаг вперед. Дофин, щурясь, посмотрел на нее.