Паскаль. Сеньор Лилии

Кого-то интересовали названия трав и кустарников, из чего внутри состояли деревья и почему они молчали; кто-то следил за движением солнца по небосводу и пленялся атмосферными явлениями, кто-то говорил о том, как он с каждым разом все легче преодолевал лесные тропы, как видел олененка и состязался с ним в беге, пока мама-олень не прискакала и не пригрозила ему веткой раскидистых рогов. К каждой из таких историй взрослые неизменно добавляли свой рассказ из личного опыта, дополняя наши познания таким образом, что они ширились и углублялись, не нуждаясь в зубрежке.

Мы, сами того не замечая, потом долго еще обсуждали и между собой, и наедине, в тиши размышляли, вновь и вновь повторяя слышанное, продумывая его, переваривая.

А когда солнце садилось, наши воспитатели непременно рассказывали о давних битвах и легендах древности, о храбрых рыцарях и благородных дамах, о чудовищах и демонах, таящихся во тьме. Мы узнавали о добродетелях, о которых и сами все чаще задумывались: что такое справедливость, храбрость, как найти мудрость в решениях, как важно совершать правильный выбор.

Когда наступала ночь, мы возвращались в наши дома усталые, но счастливые. В каждой комнатке было немного детей: обычно от пяти до семи. Иногда воспитатели говорили, что хорошо бы перейти туда-то или туда. За день такой жизни мы проникались к ним уважением и благодарностью и охотно выполняли все предписания, стараясь не только следовать им, но и вникнуть в смысл. Нас учили разбираться в каждом деле, в каждом слове, в каждой мысли.

Так мелькали месяцы. Мы и сами не заметили, как все чаще вместо пусть и занятных игр, нас тянуло к познанию и углублению в тех областях, что каждому были ближе. Так создавались сперва небольшие посиделки с воспитателями, а затем и целые группы. Воспитатели удивляли и увлекали нас все больше: по мановению руки среди поляны вырастал настоящий класс! Аркой над нашими головами формировались цветочные своды. Гибкие ветви винограда обхватывали прочные боковые сваи, березовые прутья ложились по бокам, оставляя уютные окошки; мягким ковром устилалась земля, из воздуха появлялись нужные нам учебные книги.

По вечерам мы по прежнему собирались у костра, обменивались наработками, так что в сжатом виде поглощали все то последнее, что проходили наши друзья по играм и учебе.

За месяцами полетели и годы. Я обзавелся многими друзьями: отважный Леонид, пылкая Руфия, верный Камиль. Наша четверка сплотилась и в играх, и в учебе.