Две жизни Пинхаса Рутенберга

– О, это крутые ребята. Я читала, они ликвидировали сотни царских чиновников.

– На Николая мы тоже готовили покушения, – рассказывал Рутенберг. – Хотели бомбить его с самолёта, даже думали использовать подводную лодку, копали тоннели под дорогами. Но то ли судьба его берегла, то ли провокаторам среди эсеров удавалось предупредить охранку.

– Пинхас, я думаю, мне очень повезло. – Анжелика Балабанова вдруг заулыбалась, её словно осенила какая-то догадка. – Со мной работает молодой социалист Бенито Муссолини.

Я познакомилась с ним лет десять назад, и всё это время была его духовником. По моему совету он стал читать Ницше, Штирнера, Маркса, Бабёфа и Сореля. Он талантливый журналист и прекрасный оратор. Бенито скоро станет главным редактором нашей газеты, а мне прочат другое дело. Сейчас он живо интересуется подробностями русской революции, и я не могу в ему этом помочь. Пинхас, будь добр, поговори с ним.

– Хорошо, Анжелика Исааковна. Он здесь?

– Нет. Ушёл перед твоим приходом. Я ему скажу, и сведу вас.

3

Она позвонила Рутенбергу через несколько дней и пригласила его к себе домой. Когда

он вошёл в салон, с дивана навстречу ему энергично поднялся мужчина среднего роста, с крупным хищным носом, волевым подбородком и сверлившими взглядом, глубоко посаженными глазами. Пинхас вспомнил, что видел его на собрании вместе с Анжеликой.

– Бенито, – произнёс он, не дожидаясь, пока хозяйка квартиры представит его гостю, и протянул руку для рукопожатия.

– Пинхас Рутенберг.

Вы, молодой человек, меня заинтриговали.

– Бенито пожелал познакомиться с Вами, – сказала подошедшая к ним Балабанова. – Но вначале я хотела бы угостить вас чаем с круассанами. Прошу к столу.

Выпили чаю и постепенно стали обсуждать положение в стране и колониальную войну в Ливии. Муссолини напомнил, что благодаря ему удалось исключить из партии двух «ревизионистов», поддерживавших войну.

– В награду за это он получил назначение главного редактора «Avanti!», – пояснила Анжелика.

 – Но мы собрались ведь по другому поводу.

Бенито спохватился и стал излагать свои представления о первой русской революции. Рутенберг усмехнулся и понял, что сегодня ему придётся прочитать лекцию этому тщеславному и амбициозному человеку. Он откинулся на спинку стула и начал свой рассказ. Он говорил час, изредка попивая оставшийся в чашке остывший чай. Балабанова и Муссолини слушали с большим интересом, время от времени подавая реплики и задавая вопросы.