Две жизни Пинхаса Рутенберга

Меня тогда арестовали, как «нарушительницу» общественного порядка, отвели в участок и возбудили дело о «сопротивлении властям при исполнении ими служебных обязанностей». Меня осудили на полгода тюремного заключения. Дело удалось передать на пересмотр в Судебную палату. Защитником был приглашён знаменитый адвокат Оскар Грузенберг. Благодаря ему приговор смягчили, и я отсидела только две недели.

– Мы, Ольга, выбрали такую жизнь, что нам могут потребоваться хорошие адвокаты, и не один раз.

– Да, это верно, Пинхас.

Пока они шли, Ольга рассказала, что является владелицей издательства «Библиотека для всех», специализирующегося на выпуске просветительской и революционной литературы. Ветер дул им в лицо, и он увидел, как у неё зарделись щёки и лоб, и это придавало ей в его глазах особую симпатию.

– Подождите меня здесь, – сказала она.

Ольга открыла дверь, взяла у него книги и скрылась в полутьме. Через пять минут она вернулась.

– Ну, давайте прощаться. Мне пора.

Он молча пожал её руку и стоял в нерешительности, пока она не остановила пролётку и не поднялась в неё.

Когда оцепенение прошло, и он пришёл в себя, лошадка побежала, оставив его одного на тротуаре.

«Уж не влюбился ли я? – подумал Пинхас. – Давно со мной не случалось ничего подобного. И мне всё равно, что она русская, а я еврей, если мы занимаемся одним общим делом».

Он брёл по улице, размышляя о зарождающемся в нём чувстве и замечая пробиравшего его озноба. Он теперь знал, где её найти. Это приободрило его и, неся в себе давно уже не испытываемое ощущение влюблённости, он зашагал быстрее.

3

Он стал ждать её после работы и провожать домой. Она с готовность принимала ухаживания этого большого симпатичного человека, болеющего, как и она, идеями свободы и справедливости. Ольга была образована, знала, что такое скорость света и геометрическая прогрессия, читала Лаврова и Кропоткина, жертвовала деньги на революционные нужды и симпатизировала эсерам. Однажды они стояли неподалеку от дома, где он арендовал квартиру.

Выпавший несколько дней назад и лежащий плотным настилом на тротуаре снег хрустел под ногами прохожих.

– Я живу на этой улице, – сказал он. – Здесь холодно. Хочешь согреться?

Она внимательно посмотрела не него и улыбнулась.

– А чаем не угостишь?

– Конечно, чаем «Высоцкий».

Они поднялись на второй этаж. Он щёлкнул ключом, и тяжёлая деревянная дверь заскрипела и открылась. Он пропустил её вперёд, снял пальто и принял полушубок у Ольги.