Цари и пророки. Еврейская история с комментариями и без них

А будут новые попытки,

Сказать не хочет прямо.

Всё досконально осознав,

Что опыт был печальным,

Так много предоставил прав

Всем людям изначально.

Кто осудит его за то,

Что выбрал вид расправы —

Устроить на земле потоп?

Он Бог, а значит, – правый!

И был бы я на месте Бога,

Что ждал бы я от блуда,

Когда здоровых так немного?

Ждать исправленья, суда?

Кто может Бога осудить

За гибель человечества,

Тот должен рядом с Богом быть,

Начав с истока вечности!

Все измерения у нас —

Суть разума земного,

Мелькнул он искрой и погас,

Так времени немного.

Окинуть взором свою жизнь,

Да заглянуть бы сбоку…

С толпой по жизни пронестись,

Смерть встретить одиноким.

Какую лепту каждый внёс?

Кусочек зла оставил?

И что с собою не донёс?

И сколько раз слукавил?

Помножь число на все миры,

Да, приплюсуй пространство.

Да лишнего не забери, —

Добра и постоянства…

Тогда едва ль полезешь в спор,

Ведь козырей немного,

И станет ясным приговор

Нам, вынесенный Богом.

Всё также было, как всегда,

Кто пас, кто в поле был,

Журчала в ручейках вода,

И кто-то с кем-то пил.

Сгустились тучи, потемнели,

На землю пали капли,

Плясали дети, песни пели.

И небеса иссякли.

И, вдруг, откуда-то вода

Прозрачною стеной?..

На мир обрушилась беда,

Не ведали такой!

Разверзли хляби небеса,

Вода поднялась снизу,

В ней тонут крики, голоса,

Всё превратилось в жижу.

А дождь потоком с неба льёт,

Скала водой плюется.

Всемирный наступил потоп,

Всё тонет в нём, несётся.

Там с шумом рухнула стена,

Там обвалился дом.

Там брешь огромная видна,

А в башне есть пролом.

Там кровля по воде плыла,

А стены развалились.

Там церковь крепкая была,

Да в яму провалилась.

Фигурки бедные людей

Бегут повсюду, тонут,

И обезумевших зверей

Слышны и рёв, и стоны.

Там древо по воде плывет,

На нем с десяток трупов,

И зверь морской, урча, жует

Зеленых, да раздутых.

Все это трудно передать,

Вода всё прибывала —

Её земля, родная мать

Из недр своих рождала.

Рождались, множились ключи,

Вода рвалась фонтаном,

То холодны, то горячи,

То в бок струя, то – прямо.

И камень ноздреватым стал

И мягкий, словно губка,

Огонь, и тот водою стал,

Вулканы, словно трубки.