Наша осень. Проза. Издание группы авторов под редакцией С. Ходосевича

Просвистев в воздухе меньше секунды, болт попал девушке прямо в сердце. Её туника обагрилась кровью, а девушка рухнула рядом с алтарём.

– Нет! – закричал Антон, ударив охранника локтем в висок, отчего тот обмяк и свалился на пол. Не оставляя второму охраннику времени реагировать, юноша молниеносно кинулся к нему, схватился за арбалет, сделав подсечку. Охранник стал падать, а воин рывком выдернул оружие у него из рук и выстрелил во врага.

Расправившись с охранниками, Антон подбежал к Златее, упал перед нею на колени, приобнял её, бормоча:

– Нет, нет, так не должно быть, этого не может быть… Глупая! Ну почему ты меня не послушала?

Поглощённый своим горем, юноша не заметил, что время, казалось, остановилось, воздух наполнился запахом цветов, а всё вокруг заволокло бледно-розовой дымкой: в платье, словно сотканном из лепестков роз, у алтаря появилась Кермина.

Богиня подошла к Антону и положила руку ему на плечо. Он вздрогнул и поднял голову.

– Ты можешь её вернуть? Она ведь твоя верная последовательница.

– Да, могу, – ответила Кермина.

Её голос звенел переливом колокольчиков.

– Я могу её вернуть, – повторила она, – но ты должен чем-нибудь пожертвовать для этого.

– Всё что угодно! – воскликнул юноша. – Моя жизнь, моя душа… Забирай всё, что хочешь, только верни её!

– Мне не нужны ни твоя жизнь, ни твоя душа. Отдай мне свою любовь.

– Моя любовь… – Антон наклонился и поцеловал девушку. – Я согласен.

Резкий вдох. Златея открыла глаза. Её ослепил яркий свет, лившийся отовсюду.

Спустя секунду она услышала музыку и смех. Девушка растерянно огляделась и с удивлением поняла, что находится в бальном зале. На ногах её, поблёскивая изумрудными пряжками, красовались изящные туфельки, а зелёная туника без единого пятнышка подчёркивала стройность фигуры. Она стояла, смущённая, ничего не понимающая. Ведь последнее, что она помнила – свист летящего арбалетного болта и жгучую боль в груди. Тут она увидела, как в зал входит ОН…

– Антон! – закричала она, бросившись к нему через весь зал, спотыкаясь и наталкиваясь на танцующие пары.

 – Антон!

– Простите? – вопросительно поднял правую бровь юноша. – Я имел честь быть вам представлен, прелестница?

– Ты… ты разве не помнишь? Ведь мы… ты… – растерянно бормотала Златея.

Он смотрел на неё, ожидая внятного ответа, в его глазах плясали смешинки, а на щеках играли ямочки.

– Кажется, я должна вам танец, тан, – сказала девушка, с трудом взяв себя в руки.

– Увы, такого я не помню.