Дальневосточная опора прочная…

И это первое, а на второе он наверняка пояснит, что он имеет честь служить в 1-й мехбригаде, и… да-да, можно особо сильно не напирать. Не выйдет «взять горлом»!

– Нет, я просто поражаюсь, как можно угробить танк? Причём так добротно! Специалисты! – шипел Иванов, еле сдерживая себя, когда предметно осматривал этого «мертвеца».

Поняв, что за вышедшую из строя технику отвечать придётся именно ему, ротный сник.

– И это ещё не всё! Две единицы, понимаете, две единицы техники вот-вот дуба дадут! – Выдохнув и посмотрев на танкиста, взводный уже спокойным тоном продолжил просвещать командира этих неумех: – Короче, мы успели вовремя.

И на вас не повисли мёртвым грузом ещё две железки.

Узнав это, ротный вновь воспрял духом.

– Эх, – махнул он рукой, – сами знаете, танкисты учатся на полигоне. Истина избита. Но при нашей бедности учёба выходит если не золотой, то уж точно серебряной… – Б… какого… ты, глуши…… – сочный мат Потапчука, перекрывал даже движок эмэски, воющий на максимальных оборотах.

Танк, провалившийся в пулемётное гнездо, застрял намертво. И, похоже, без посторонней помощи не выберется.

– Трос давай! Что значит «нет»?! Я тебе дам, не выдержит, живо за ним! Бегом!

– Однажды лебедь раком щуку, – испохабил я творение Крылова.

– Самый умный? – раздался за спиной голос.

– Не дурак. – Повернувшись, я увидел злого сапёра. – Не боись, вас его вытаскивать не заставят…

– Да мне похрену. Кто всё чинить будет? – ткнул он в развороченную огневую позицию.

– Хм, понятно, кто, – решил я немного подразнить его. – Возможно, я разговариваю с будущим строителем.

– Слышь, молодой, а ты не наглеешь? – Сапёр был старше лет на пять и терпеть наглость какого-то щегла не собирался.

– Не, в самый раз. – Нет уж, хрен тебе. Ты, родной, может, и спец, но я тоже не на помойке себя нашёл. – О, похоже, меня. – Я заметил, как махнул рукой помкомвзвода Медведев. – Бывай.

– Мельников, пулей к Василичу! – Помкомвзвода кипел, хотя старался сдерживаться.

И с тоской вспоминать некоторые методы воспитания, забытые как пережиток прошлого. – Пусть берёт тросы и на «автолавке» едет сюда. Сейчас эти орлы свои порвут.

«Автолавкой» мы называем автомастерскую, на базе амошки. Василич, соответственно, ей командует. А заодно и парой ремонтников плюс водила.

А это ещё что такое? М-да, комедия «Недоросль», часть вторая и явно заключительная. Танкисты завели два троса к стоящему «раком» танку.