Ломаный сентаво. Побег через Атлантику

Гарнизон весь прошерстили – может, из наших кто в языке силён? Так все такие же специалисты, как и я, оказались. Пришлось звонить наверх и там просить. Спасибо, что не отмахнулись. Так что будешь постоянно при мне. Сейчас пока располагайся, старшина тебе поможет, – Хлебников обернулся к писарю и вытащил из машинки начатый лист. – Потом допечатаем. Пристрой его на постой, поближе к комендатуре, чтоб всегда был под рукой. Да и безопасней, а то, глядишь, где-нибудь в подвале, на окраине, недобитый фриц затаился, а ещё одного переводчика мне не дадут.

На котловое довольствие обязательно поставь. В общем, Котёнкин, сам знаешь, что надо делать. Но не задерживайтесь – сегодня вечером он мне уже будет нужен.

Старшина встал, водрузил на голову пилотку и, степенно отряхнув галифе, недовольно заметил:

– Поставить на довольствие-то, конечно, можно, однако приказ бы ваш тыловикам не помешал, товарищ подполковник. А то ведь могут и заартачиться.

– Скажешь – позже пришлём.

Не хотелось Котёнкину покидать уютный кабинет и решать чьи-то там проблемы.

Он это демонстрировал всем своим видом. Окинув угрюмым взглядом Клима, потом его чемодан, он тяжело вздохнул:

– Сказать-то можно, но, скорее всего, заартачатся. Им бумага с печатью нужна.

И вдруг ему пришла в голову спасительная мысль.

– А может, его пока в помощь к Титову отправить? Помните, он вчера спрашивал – как ему с союзниками контакт налаживать? А я бы тем временем приказ оформил вам на подпись, да и с жильём что-нибудь придумал.

Всем известно, что бывают роковые места. Случаются роковые знаки, даты, цифры. Бывают роковые жёны, сами того не желающие, с фатальной регулярностью отправляющие на тот свет бедных мужей. Ещё встречаются роковые попутчики, собеседники и даже участливые доброжелатели. А бывают просто роковые люди. Клим даже не догадывался, какую роковую роль только что сыграл в его жизни, казалось бы, простой фразой, этот улыбающийся, с милейшей фамилией старшина.

– А как у тебя с английским? – взглянул на него с интересом Хлебников.

– Английским я владею так же, как и немецким, – ответил Клим, и, дабы пресечь напрашивающиеся вопросы, добавил: – Ещё изучал испанский, хотя и не на таком уровне. К выпуску готовлюсь защищаться по шведской литературе. Если нужно, могу делать переводы. Со словарями справлюсь с итальянским и португальским.

– Ты погляди, какого я тебе умника привёз! – подал с дивана голос капитан. – Фомич, знал бы – оставил себе.