Ломаный сентаво. Побег через Атлантику

Перешёптывающиеся Шпеер и Риббентроп тотчас смолкли, заметив на себе укоризненный взгляд стоявшего напротив личного телохранителя Гитлера Рохуса Миша. Фюрер коротко поприветствовал собравшихся и начал обход. Он протягивал каждому влажную дрожащую руку и равнодушно слушал поздравления. Церемония скорее походила на прощание.

– Где Геринг? – вдруг, спохватившись, спросил Гитлер.

– Рейхсмаршал задерживается, – сделал полшага вперёд командующий истребительной авиацией Германии генерал-лейтенант Адольф Галланд. – Он просил передать свои извинения и сказать, что непременно прибудет к полудню.

Фюрер кивнул и перешёл к противоположному ряду, где стояли некоторые допущенные в рейхсканцелярию гауляйтеры и генералы вермахта рангом пониже. Короткий обход давался Гитлеру с трудом. Каждый новый шаг затягивался, будто фюрер собирался с силами, чтобы поднять ногу. На лбу выступила испарина, дрожь с руки перешла на подбородок – давала знать тяжёлая контузия при покушении. Закончив приём поздравлений, Гитлер завершил круг и остановился там, где его начал.

И вновь стоял долго, скорбно опустив голову.

– Я вас ненадолго оставлю, – прислушавшись к собственному самочувствию, вдруг заявил он, направившись к выходу.

Приглашённые гости понимающе закивали, провожая взглядами покидающую вслед за фюрером секретаршу. Ни для кого не было секретом, что личный врач Гитлера Теодор Морелль лечил его кокаином. Фюрер принимал наркотик с помощью подготовленного секретаршей ингалятора. После того, как дверь закрылась, по рядам пробежало расслабленное оживление.

Гости тут же рассыпались на группы по интересам, заняв все стулья и диваны. Тем, кому не осталось мебели, стоя, оккупировали углы. Мучимый никотиновым голодом генерал авиации Адольф Галланд не примкнул ни к одной из групп и, едва дождавшись окончания поздравительной церемонии, выскользнул на продуваемую апрельским ветром террасу. Его побег не остался незамеченным для Евы Браун, и лишь только он, размяв ароматную сигару, собрался закурить, как Ева тут же возникла за генеральской спиной.

– Адольф, вы никак не расстанетесь с дурной привычкой?

– Простите, фройляйн Браун, – замер с протянутой рукой Галланд, – это выше моих сил. Открою вам секрет, хотя вы, возможно, уже наслышаны, что я являюсь обладателем единственного в нашей авиации истребителя, оборудованного электрической зажигалкой и коллекцией сигар. Мои подчинённые меня понимают.

– А ещё я наслышана, что наш фюрер делал вам по этому поводу замечание.