Есенин в быту

Симптоматично примечание, сделанное Василием Фёдоровичем к этому высказыванию: «Разговор о том же через некоторое время повторился».

Лирика молодого поэта была насыщена погребальными звуками (1911/12):

Догадался и понял я жизни обман

Не ропщу на свою незавидную долю.

Не страдает душа от тоски и от ран,

Не поможет никто ни страданьям, ни горю.

    («Моя жизнь»)

Пролетели и радости милые,

Что испытывал в жизни тогда.

На душе уже чувства остылые.

Что прошло – не вернуть никогда.

    («Что прошло…»)

Покойся с миром, друг наш милый,

И ожидай ты нас к себе.

Мы перетерпим горе с силой,

Быть может, скоро и придём к тебе.

    («К покойнику»)

Но ведь я же на родине милой,

А в слезах истомил свою грудь.

Эх… лишь, видно, в холодной могиле

Я забыться могу и заснуть.

    («Слёзы»)

Нет, уже лучше тогда поскорей

Пусть я уйду до могилы,

Только там я могу, и лишь в ней,

Залечить все разбитые силы.

    («Пребывание в школе»)

Литературные знакомства.

В мясной лавке Крылова молодой поэт не задержался: с сентября он уже работал в конторе книгоиздательства «Культура». Оно находилось на Малой Дмитровке, 1, на углу с Большим Путниковским переулком. Почти напротив него до сего дня красуется многошатровая церковь Рождества Богородицы «что в Путинках» – замечательный памятник архитектуры первой половины XVII столетия.

Где-то к концу года Есенин познакомился в одной из чайных Замоскворечья с поэтом С. Н. Кошкаровым (Заревым). Сергей Николаевич возглавлял в то время Суриковский литературно-музыкальный кружок и был автором десяти стихотворных сборников.

Жил он на Новой Божедомской (теперь улица Достоевского), дом 11, строение 6. Одно время у него обитал и Есенин, которого председатель опекал и поддерживал.

В 1912 году Суриковский кружок представлял собой солидную организацию пролетарско-крестьянских писателей. Деятельность кружка была направлена не только на выявление литераторов-самородков, но и на политическую работу.

«Лето после Ленских расстрелов, – писал Г.

 Д. Деев-Хомяковский, один из руководителей кружка, – было самое живое и бурное. Наша группа конспиративно собиралась в Кунцеве, в парке бывшего Солдатёнкова, близ села Крылатского, под заветным вековым дубом. Там, под видом экскурсий литераторов, мы впервые и ввели Есенина в круг общественной и политической жизни».

Там молодой поэт впервые стал публично выступать со своим творчеством. Талант его был замечен всеми собравшимися.