Роман «Арбат». Часть I . Соприкосновение

После восстания части серафимов и ангелов под руководством Сатанаэля и Люцифера (Рафаэля) и образования империи Тьмы, симметрично повторяющей империю Света – силы зла также научились собирать «фарр» с подконтрольной им части человеческих душ, особенно с т.н. «светящихся» – людей обладающими выдающимся талантом и творческими способностями, генерирующими значительные количества «фарр».], а также способностью к «вселенской любви», тот в свою очередь не только сделал людей «подобными богам», но и невольно положил начало разрушительному кровосмешению божественных существ, окружавших Создателя, с земными людьми.

В итоге это привело к драматическому изменению баланса между силами Света и Тьмы, поставившему под вопрос весь замысел и суть божественного чертежа.

Каждый знал, что по рангу дряхлый Вельзевул в иерархии высших сил Тьмы стоит на следующей ступени после Люцифера и Сатанаэля, но на самом деле по коварству и изобретательности – ему нет равных.

Его помощник Инфериус, подобострастно пригибаясь и расчищая проход для своего хозяина, подвёл старца к малому трону.

Свита несла многочисленные напитки и яства, без которых Вельзевул не мог обходиться. Он что-то ел или жевал постоянно, любя говорить, что это помогает ему думать.

– Император выразил сожаление, что не может присоединиться сегодня к нашей встрече, – все три головы Повелителя Мух окинули присутствующих пристальными колючими взглядами… По залу прошёл лёгкий ропот.

– Поэтому все вопросы, которые нам сегодня предстоит рассмотреть, вы можете обсудить непосредственно со мной. Паучьи лапки «кардинала» ловко вскарабкались на малый трон, куда он поместил своё толстое мохнатое брюшко.

– Лучезарный Сатанаэль также может прибыть только завтра, ваше святейшество, – громогласным голосом возвестил любимчик Вельзевула, неунывающий Асмодей. Он, как и все остальные князи Тьмы обязан был являться на встречи Магистров в человеческом облике, однако, пользуясь симпатиями верхушки триумвирата, постоянно забавлялся тем, что позволял себе «мерцать» – переливаться фантастическими вспышками из своего естественного образа в обличие других лиц, о которых шёл разговор.

Вот и сейчас его строгий тёмный камзол, расшитый серебром, и фиолетовый плащ озарялись оранжевыми всполохами, а густые тёмные кудри время от времени зажигались огненной шевелюрой, в которой нетрудно было распознать Сатанаэля.