Изыски. Веселые околонаучные трактаты

В революционной ситуации возникла непредвиденная пауза – верхи не знали, чего еще ждать, а низы терпели до выстрела с «Авроры». Вот так день потихоньку катился к вечеру…

На крейсере «Аврора» царили спокойствие и флотский порядок. Члены судового комитета отпустили всю команду на берег, прогнали офицеров, конфисковали у старпома корабельный спирт и тихо пьянствовали в кают-компании. Не участвовал только чрезвычайный комиссар Белышев. В ожидании времени залпа он заснул в командирской каюте и сладко проспал все на свете.

Нет, из пушки он выстрелил, но во сне. Первым выстрелом подбили лихача с пьяной компанией на набережной. Второй снаряд взметнул воды Невы, вызвав гневные реплики от рыбаков. А третий, будь он проклят, заклинил орудие, поэтому сигнал к восстанию подать было нечем. Да-а, беспокойно спал комиссар… Вот и хорошо, что никто его не разбудил.

Постепенно темнело. Включилась подсветка у любимых женщинами эротических мест Петербурга – босоногого мальчика, воинов при Выставочном зале, Геракла на Михайловском зам- ке, вздымающихся столпов Победы и Блокадного мемориала, Адмиралтейской иглы с поддерживаемыми девами шарами.

Уже скоро начнут подниматься в разводке мосты…

Памятник Гоголю глянул на часы, высморкался и шагнул прямо под арку проходных дворов. Длинный нос буквально прорезал темноту, развивались фалды крылатки, каблуки отбивали по брусчатке степ. В аркаде Гостиного Двора сзади послышался топот нагоняющих шагов.

– Сними шинель! —долетел зловещий шепот.

Гоголь обернулся – никого не видно. Лучик от далекого фонаря высветил на стене криво наклеенную бумажку с оборванными лоскутьями телефонного номера —«Куплю мертвые души».

– А я говорю, сними шинель! —уже выкрикнул невидимый преследователь.

Гоголь остановился: -Ну, нет у меня шинели!

– Так напиши! И сними в кино! —из темноты вылетела визитка «Продюсер Башмачкин».

Черная туча закрыла высунувшуюся луну. Погасли фонари, звезды, окна домов. Город поглотила мгла. Только горел свет в здании Охранного вечно бдящего корпуса жандармов.

Шеф корпуса только что выслушал доклад ротмистра Бенкендорфа, спросил: -Выходит, голубчик, надобно более опасаться юного вольнодумца Пушкина, нежели старого социалиста Ульянова?

– Так точно, ваше превосходительство! За утопическим лозунгом Ульянова «Долой частную собственность!» массы не пойдут, а вот идеи равенства предпринимателей, проповедуемые «Одой вольности», могут смутить многие юные умы.