Яблочный пирог

– Я зайду утром за тобой, расклеим флаеры и потом я бы хотел показать тебе одно место.

– Какое? – Наши глаза встретились и это было подобно встречи скал и моря.

– Это пока что останется легкой интригой, чтобы не потерять твой интерес.

Я мягко улыбнулась, – это надежный план.

Песня закончилась и впервые мне показалось, что она оборвалась там, где не должна была. Я опустила руку с его плеча, – очень радостно видеть тебя.

– Очень радостно было попробовать твой пирог.

Ночь настигла нас, пришла пора договориться встретиться в следующем дне.

В коридоре снова стало людно и немного тесно, я улыбнулась Оливеру, кивая, – доброй ночи.

– Стой, – его рыжая голова снова возникла в проходе, – дай мне свой номер, на случай если ты снова исчезнешь.

Мы обменялись телефонами. Закрыв дверь, я наткнулась на вопрошающий взгляд мамы поверх очков.

– Только не начинай, – взмолилась я, – не сегодня.

– Ты хочешь мне сказать, что все это представление ничего не значит?

Отец курил на балконе, поглядывая на нас, одна суетливо машет руками в попытках протереть стол и что-то прикрикивая, другая с довольно глубокими выдохами, моет посуду.

Мама перекинула полотенце на плечо, – Оливер отличный мальчик.

– Нам больше не десять. И он больше не мальчик. – Заметила я.

– Да! Вот именно!

– Не помню, чтобы ты так нервничала аж с того момента, когда я разбила папину машину.

– Я спокойна, милая, ты сама не своя уже так долго, что я стала забывать, какой жизнерадостной ты была, а сегодня вот вспомнилось, – она мягко улыбнулась, выходя к отцу, – подумай о моих словах.

В гостиной погас большой свет. Родители стояли под крышей, обнявшись, молча. Их любви всегда было так много, а их детскими глазами, обращенными друг на друга, можно любоваться вечно или снимать про это кино. Я медленно поднималась по лестнице, разглядывая мамины рисунки. Наша первая собака, осенние тыквы, зимой их сменят снеговики и еловые лапки, белочки и причудливые грибы. В ее иллюстрациях всегда есть сказка, она проступает сквозь штрихи и краски.

В комнате меня ждал шалаш, в котором было больше всего магии. Магии жизни и беззаботности, легкости и момента.

Я долго не могла уснуть, поглядывая в круглое окно, обнажающее желтоглазую луну. Рыжий котенок пристроился у камина на кушетке. В доме было тихо-тихо, все застыло в паутине сна. А я все лежала и смотрела как мерцает ночь. Легкий холод кусал пятки.

Раннее утро расстелилось туманом и рассыпалось сыростью по листьям.