Медный всадник

Требование отца купить столько риса и водки, сколько она сможет унести, оказалось почти невыполнимым. В магазинах на Суворовском остался только сыр. Но он долго не хранится. Так же как и хлеб. Ни муки, ни копченой колбасы, ни консервов.

Татьяна помчалась вниз по Суворовскому и увидела, что, хотя было всего три часа дня, магазины опустели. Она миновала две сберкассы. Обе были закрыты. На окнах висели бумажки: «НЕ РАБОТАЕТ». Странно. Неужели деньги кончились? Ведь это же сберкассы! Там деньги никогда не кончаются!

Татьяна удивленно хмыкнула.

Впрочем, все ясно. Родные слишком долго возились, собирая Пашу, переругиваясь, беспомощно глядя друг на друга. Им следовало немедленно бежать по магазинам, а они стали собирать Пашу в лагерь, Татьяна еще и Зощенко читала! Ей нужно было выйти из дому раньше. Если бы она догадалась побежать на Невский, сейчас уже стояла бы в очереди.

Шагая по Суворовскому, расстроенная тем, что не купила даже коробка спичек, Татьяна ощущала дуновение теплого ветра, несущего с собой какие-то странные, необычные запахи, ранее ей незнакомые.

«Запомню ли я этот день? – думала Татьяна, глубоко вздыхая. – Кажется порой, что этот день ты не забудешь никогда, а потом забываешь… Помню, как увидела впервые головастика. Как впервые ощутила соленый вкус морской воды. Как впервые заблудилась в лесу. Может, мы всегда помним то, что происходит в первый раз? И эта война первая на моей памяти».

Она направилась к магазинам рядом с Таврическим садом. Ей нравилась эта часть города, удаленная от суеты Невского проспекта.

Деревья здесь были высокие, с пышными кронами, а людей встречалось меньше. Ей нравилось ощущение уединенности.

Заглянув в три-четыре магазина, Татьяна уже была готова сдаться, вернуться домой и сказать отцу, что не смогла ничего найти, но уж очень неприятно было сознавать, что она не сумела выполнить даже такого пустякового поручения.

На углу, у перекрестка Суворовского и улицы Салтыкова-Щедрина[1 - Ныне Кирочная улица.], растянулась огромная очередь.

Татьяна спросила, кто последний. Время тянулось бесконечно. Очередь продвинулась на метр. Вздохнув, девушка спросила у стоявшей впереди женщины, что дают. Та раздраженно передернула плечами и отвернулась.

– Что-что, – проворчала она, прижав сумочку к груди, словно боясь, что Татьяна ее выхватит. – Стой, как все остальные, и не задавай глупых вопросов.

Татьяна ждала. Очередь продвинулась еще на метр. Пришлось еще раз спросить женщину.