Медный всадник

Сегодня он был совсем другим: спокойный, шутил, – но временами я просто не могу его понять!

Татьяна не ответила.

– Да, я хочу всего сразу. И то, что он немного оттаял, – настоящее чудо. До прошлого воскресенья я не могла уговорить его зайти ко мне. И вдруг он является – с тобой и Димой.

Таня хотела напомнить, что Александр пришел к ним домой отнюдь не по просьбе Даши, но, разумеется, снова промолчала.

– Дареному коню в зубы не смотрят, и я лучше всех это понимаю. Но кажется, ему понравилась наша семья. Знаешь, он ведь из Краснодара, но не был там с тех пор, как пошел в армию.

У него нет ни братьев, ни сестер. Он никогда не говорит о родителях. Он… не могу объяснить… такой сдержанный. Не слишком распространяется о своих делах. Правда, спрашивает о моих.

– Д-да? – выдавила Татьяна.

– И очень жалеет, что началась война.

– Мы все жалеем, – хмыкнула Татьяна.

– Но это вселяет надежду, не находишь? На лучшую жизнь с ним вместе, как только война закончится. Таня, а Дмитрий тебе нравится?

– Ничего, – ответила она, стараясь, чтобы не дрогнул голос.

– А ты ему очень.

– Чушь!

– Ничего подобного. Ты ничего в таких вещах не понимаешь.

– Понимаю и повторяю: ничуть я ему не нравлюсь.

– Ты ни о чем не хочешь поговорить? Спросить?

– Нет!

– Таня, брось свою застенчивость, – покровительственно заметила Даша. – Тебе уже семнадцать. Почему ты не хочешь обратить внимание на…

– Дмитрия? – прошептала Татьяна. – Никогда!

И перед тем как заснуть, она осознала, что меньше боится неведомых ужасов войны, чем уже познанных сердечных бед.

9

В субботу Татьяна отправилась в Публичную библиотеку и заказала русско-английский разговорник. В школе она учила английский, знала алфавит и теперь пыталась воспроизвести вслух заинтересовавшие ее фразы. Произношение давалось ей с трудом, и некоторые звуки были словно специально созданы, чтобы доводить ее до белого каления.

В воскресенье пришел Александр и собственноручно наклеил на стекла бумажные полоски, объяснив, что иначе их выбьет во время налетов.

– Это следовало бы сделать всем. Скоро по городу пойдут патрули, чтобы проверить наклейки. Если немцы окажутся под Ленинградом, вставить другие стекла будет почти невозможно.

Метановы с живым интересом наблюдали за его манипуляциями, причем мама не уставала повторять, как он высок, как ловок, какие умелые у него руки и как твердо он стоит на подоконнике.

– Да ведь он офицер, мама, – нетерпеливо ответила Даша.