Речные Речи

– У нас нет стиральной машины на лодке, – пояснила она случайной соседке.

На это та лишь вскинула брови, но рыжеволосая женщина, сидевшая напротив, дружелюбно улыбнулась:

– На лодке?

– Да, мы с мужем живем на лодке.

Теперь на новоприбывшую было обращено уже больше взглядов. Пожилая женщина с забавной копной вьющихся седых волос и добрым морщинистым лицом поинтересовалась:

– Вы у нас новенькая, милочка. Только приехали в город?

За перезвоном спиц разговор потек быстро, и даже те, кто вначале с удивлением и почти возмущением поглядывали на неожиданное вторжение, теперь улыбались, расспрашивая Шариму о жизни на лодке и давая советы, что посетить в их городе.

К концу встречи супруги-кочевники уже были приглашены на чай к половине участниц вязального клуба, а его председательница уточнила, нельзя ли будет провести одну из встреч прямо у них на лодке. На что Шарима незамедлительно дала свое согласие, даже не подумав предварительно уточнить мысли Рона на сей счет.

Вечер был просто великолепный.

Солнечные лучи струились мягкими разводами по реке, вода играла зелеными бликами отражения прибрежных ив и трав, сиреневыми облаками и отблесками солнца за черепичными крышами их нового городка. Рон выволок плетеное кресло из каюты и, утвердив его на носу «Эсмеральды», любовался рекой. Он хорошо умел чертить, но не умел рисовать так, чтобы передать не технические особенности, а ощущения. Игру воды, как это получалось у Клода Моне, лодки на реке в «Лягушатнике»[2 - Гренуйэр или «Лягушатник» – популярный курорт среднего класса во Франции XIX века, ставший местом вдохновения импрессионистов, в частности Клода Моне и Пьера-Огюста Ренуара, не раз запечатленный на их картинах, в том числе с одноименным названием. ] – вот бы и ему так же смочь отобразить то, что он сейчас видел… Но Рон никогда не считал себя художником, хотя старался брать с собой неразлинованный блокнот для быстрых зарисовок, когда шел на прогулку, особенно по городам. Вот и теперь он положил его на колено и стал делать по памяти набросок одного из примеченных им сегодня фасадов, а вовсе не изгибов реки. Старинная архитектура, будь то величественные, уходящие башнями в небо готические соборы или маленькие деревенские коттеджи, занимали его чрезвычайно. И он мечтал нащупать сочетание красоты былых эпох и эффективности и экологичности современных строений в своих проектах. Многие творения современных архитекторов он находил хотя и интересными, но неживыми.