Крымская епархия под началом святителя Луки (Войно-Ясенецкого). Сборник документов

Поскольку протоиерей Милославов является не только секретарем, но и в то же время он настоятель кафедрального собора и благочинный, то в результате этого от обязанностей благочинного его освободил.

В заключение Лука заверил, что больше таких случаев не повторится, и пока не повторяются.

Во время этой же беседы я информировал Луку о результатах проверки по его письму на имя председателя Облисполкома тов. Кривошеина в отношении увольнения Ливанова из Госфилармонии (об этом случае мною подробно доложено Совету в предыдущем информационном докладе за четвертый квартал 1946 г.

, стр. 28–29 доклада

) о том, что проверкой было установлено – Ливанов уволен из Крымской госфилармонии за прогул 7/XII-46 г. и за неоднократные самовольные уходы с работы.

Лука с таким объяснением не согласился и остался при том мнении, что Ливанов был уволен из Госфилармонии за то, что совмещал работу в архиерейском хоре как певчий, и за то, что устроил у него на квартире струнный квартет, как у лауреата Сталинской премии, и сказал, если Ливанов уволен только за прогул, тогда почему же понесли наказание и другие артисты Госфилармонии, участвовавшие в квартете.

И далее заметил:

«Что же Дмитрий Александрович Кривошеин не счел нужным ответить ему лично на его письмо?». Я объяснил, что тов. Кривошеин, выезжая из Симферополя, поручил мне «сообщить Вам результаты проверки по Вашему письму».

Затем я сообщил Луке, что лица, виновные в несвоевременном вручении ему Правительственной телеграммы с приглашением на съезд хирургов в Москву, понесли соответствующее взыскание, и зачитал приказ по Облздравотделу (об этом случае мною подробно доложено Совету в предыдущем информационном докладе за четвертый квартал 1946 г.

, стр. 25–27 доклада

). Лука на это сказал:

«Хорошо, хоть здесь виновники совершенного безобразия не остались ненаказанными».

Затем в данной беседе был затронут еще ряд вопросов, как-то: «О Иоанно-Предтеченской церкви в гор.

Керчи, постройке VIII века, как архитектурном памятнике». Лука спросил моего мнения: «Ничего не будет неправильного, если лично он напишет в Москву в Комитет по делам архитектуры с тем, чтобы были приняты меры к охране этой церкви как древнего исторического христианского памятника архитектуры?». Я ответил, что ничего плохого не будет, если он напишет.