Тайна василиска

Лис и я. Я и лис. Лис, я и хвосты…

Ы-ы-ы-ы-ы!

– Ты моя наивная мавка, – на узком породистом лице Нар-Харза расцвела совершенно пакостная улыбка, которая не позволила усомниться в том, что он не обманулся. – Вот совсем-совсем не знаешь?

Сущность где-то глубоко в душе сонно потянулась и, чуть оживившись, намекнула, что если я торможу, то она-то, истинная мавочка, прекрасно знает, чем сейчас можно заняться с нашим вкусным лисом!

Общественно-полезным делом, вот! Она голодная как-никак!

Я наморщила лоб и честно выдала спешно придуманные приличные варианты развития событий.

– Ну, можно поиграть в города…

– Неинтересно, – решительно отмел бред номер раз Алин и сел, по-прежнему не спуская меня с рук. – Чем еще порадуешь?

Воспользовавшись тем, что наши лица оказались на расстоянии ладони, лис подался вперед, явно собираясь меня поцеловать. Отлично понимая, что после этого у нас конструктивного диалога уже не получится, я прижала пальцы к его губам и торопливо внесла новое предложение:

– Позаниматься!

– Давай! – как-то слишком воодушевленно согласился с бредом номер два господин Нар-Харз и, проказливо улыбнувшись, неожиданно чуть прикусил мой безымянный палец.

 – Но игру предлагаю я, идет? И правила тоже мои, красота болотная…

Мавка внутри с энтузиазмом воскликнула «да», а я не менее воодушевленно помотала головой.

– Почему нет? – почти промурлыкал коварный лис, переходя к мизинцу и обвивая мою талию хвостом. – Игра интересная, Нэ-э-эви-и-и… тебе понравится.

Последняя фраза прозвучала настолько многообещающе, что стало жарко.

– Я говорила про занятия!

– Чем заняться, я тоже могу придумать, – руки мужчины смелели, лаская мою спину и плечи, неторопливо поглаживая шею, отчего у меня перехватывало дыхание и разбегались все связные мысли.

– Например, по программе интриганов! – я сделала попытку вернуть разговор в нужное русло.

Про второй лисий хвост я забыла совершенно зря. Что-то пушистое невесомо прошлось по моим пяткам, и Алин рассмеялся, когда я, взвизгнув, дернула ногами.

Когда поняла, что опасаться нечего, немного расслабилась и теперь, наклонившись, с любопытством смотрела, как белоснежное пушистое великолепие неторопливо оборачивается вокруг моих изрядно озябших ступней. Сразу стало теплее.

Душу затопило сладко-щемящее чувство благодарности. Он побеспокоился о том, что мне может быть холодно. Даже когда, по сути, не должен был думать ни о чем, кроме прелести желанной девушки, которая сейчас так близко.