Пленэрус

Вот и борется с депрессией, как умеет. Но главное – Костя замечательно поет.

– Громко – это да.

– Да нет же, Константин прекрасно поет, уверяю вас! А мероприятие у нас, между прочим, артистическое, все может пригодиться. Стихи читать, петь…

– Я и сплясать могу, – весомо добавил Константин. – Ламбаду, скажем. Или сальсу, если, обувку нормальную дадите.

– Видите! Вполне серьезный кандидат.

– Еще и красавчик, что немаловажно, – Галямов со вздохом пригладил свою седеющую шевелюру. – Эхх… И я таким же был в его годы.

– Очень правильное замечание. Потому как – на что клюет публика? На красоту и музыку! – Ржавчик воздел руки. – Возможны у нас форс-мажоры? Возможны. Скажем, начнут слушатели зевать от стихов, галдеж поднимут, и что делать?

Павел взглянул на есенинское чело Костика. Тот слушал внимательно, без тени обиды. Кажется, ему даже нравилось, что его кандидатуру так ревностно обсуждают.

– Вон в Буша младшенького башмаком бросили, – продолжал Ржавчик. – Он ловкий, увернулся, а я, скажем, не увернусь.

Тем более, могут не башмаком, а чем потяжелее кинуть. Кирзачом, например, грязным, а то и карданным валом.

– Ну, ты, Миш, опять что-то сгущать начинаешь.

– Я только просчитываю варианты.

– Просчитывальщик ты наш…

– А как вы хотели? Я вас везу, организую культмассовые мероприятия, значит, отвечаю за вверенный мне контингент.

– Ладно, ладно. А Костя твой что? Думаешь, спасет положение?

– Костя – наш джокер в рукаве! Главное держать его трезвым.

Потому что если выйдет такой красавец – да еще трезвый, да с баяном…

– Я на гитаре играю, – напомнил Костя.

– Тем более! Это же олицетворенное либидо! Селянки его на кусочки порвут.

– А что? Дополнительная фертильность в лице отдельных индивидов нам не помешает.

– Еще как не помешает! И я о том же!

– Так мы точно решили ехать? Или будем голосовать?

– Конечно, едем – тендер-то за нами! – возмутился Ржавчик. – Деревни загибаются, реки пересыхают, кому помогать, как не нам?

– Вот и поможем.

– Вилами да граблями, – буркнул Усачевский.

– Иногда и словом можно спасти, – укоряюще произнес Ржавчик.

– Особенно селяночек. Цивилизацией не испорченных…

– Коллеги, давайте серьезнее! – воззвал к собранию Гаврилюк. – Между прочим, Чарльз Диккенс на выступлениях перед публикой зарабатывал больше, чем на книгах. И Крамаров с гастролей, говорят, чемоданы денег привозил.

– Тогда время было другое. Сейчас даже чемоданов нет.