Средневековые тюрко- и монголоязычные номады и их потомки на Руси, в Российской Империи, странах Запада и Казахстане

Это давало дополнительную возможность держать в зависимости удельных князей. Великие князья дорожили своим правом, старались не допускать младших родичей до непосредственных сношений с Ордой. В договорных грамотах с удельными князьями они записывали: «Мне знать Орду, а тебе Орды не знать».

Итак, по завещанию Донского, со Звенигорода и Звенигородских волостей – 272 рубля, со Смоляны и Скирменской слободы – по 9 рублей, с Можайска и Можайской волости – 167 рублей, с Коломны и Коломенской волости – 342 рубля… а всего с Московского княжества – 960 рублей…

Сергей Баймухаметов отмечает, что, по-видимому, это, главная причина того, что «Завещание…» на русском языке в массовой печати не публиковалось.

После перечня городов, слобод, волостей и следует фраза, которую всегда и везде цитировали сокращенно: «А переменит бог Орду… не… давати выхода». И в таком урезанном виде цитата подавалась как завет бороться с Ордой.

В полном же виде фраза выглядит так: «А переменит бог Орду, дети мои не имут давати выхода в Орду, и который сын мой возьмет дань на своем уделе, то тому и есть».

Теперь понятно, почему полностью не цитировали. В полном виде слова Дмитрия вовсе не звучат как вызов Орде. И даже получается, что слово «дань» употребляется как дань сыновьям Дмитрия, русским князьям вообще. Как-то нехорошо. В нашей историографии и в нашем восприятии «дань» звучит устрашающе, как «иго», а тогда «дань» – просто «налог».

Далее после перечня уделов, распределенных по сыновьям, следует фраза: «А се благословляю сына своего, князя Василия, своею отчиной, великим княжением». То есть впервые титул великого князя, главного князя на Руси, Дмитрий передает как наследственный. До этого великого князя выбирал из русских князей и назначал всегда хан Золотой Орды.

Вышеприведенную фразу многие русские историки и публицисты трактуют, как вызов Золотой Орде, практически полное непризнание Дмитрием власти хана.

Как же обстояли дела на самом деле?

За годы великого княжения Дмитрий не дал ни одного повода усомниться в верности хану Золотой Орды. Одним из таких доказательств является разгром им Мамая на Куликовом поле, когда он поддержал законного хана Золотой Орды «царя Тохтамыша», как всегда называли его на Руси. И против «своего царя» Дмитрий не выступал никогда. И правильно делал.