На круги своя…

Тревожная кнопка у нас тоже имеется. Как во всех детских учреждениях. Так что в следующий раз персонал будет предупрежден.

– Может, и не сработать. – Аркан поглядел на часы, прикинул, каким временем он располагает. – Я не об этой шантрапе, а о людях более серьезных.

– Ты думаешь…

– Я совершенно не уверен, но кто знает… В любом случае, играть в партизана не стоит. То есть, я хочу сказать… – Аркан смешался. – Если в больницу заявятся звери покрупнее, разумнее объяснить все, как есть, ничего не скрывая.

– Но я практически ничего не знаю…

– Именно поэтому, – перебил Аркан, – можно говорить все начистоту.

– И про пулю?

– И про пулю. Тем более, что про нее они без того знают. Но… Вынуть ее мог ведь и кто-то другой, верно?

Игорь Александрович неуверенно кивнул.

– Так что насчет операции говорить совсем необязательно; первая помощь, перевязка, – словом, импровизировать можно, как угодно. Тем более, что снимков не осталось, истории болезни тоже нет. – Он помолчал. – Возможно, будут проблемы, но… Могу только извиниться за доставленные хлопоты.

– Чушь! – Игорь Александрович, кажется, готов был рассердиться.

– И все равно – прошу прощения. – Аркан поглядел в глаза доктору и неожиданно увидел в них себя – маленького, нахохленного подростка. На душе враз стало пасмурно, и загулял мерзлый ветерок по спине. Ну, разве не подлость – досаждать людям и загружать их своими проблемами! Не проще ли выйти и сдаться? Во всяком случае, следовало крепко задуматься над тем, стоит ли его жизнь спокойствия и благополучия тех, кого он уже потревожил и кого собирался потревожить в ближайшем будущем…

Он неторопливо прошел в кабинет, сунув руку в карман, выудил пачку смятых банкнот.

– Я не возьму! – запротестовал шагающий следом Игорь Александрович.

– А это не вам, детям. – Сказал Аркан. – Шоколад нынче дорог, а пломбы еще дороже, – вот и распорядитесь, как лучше…

***

Они не видели и не могли видеть, как в этот же день, двумя часами позже, Боря Жук получил по рогам от Дюши.

Поскольку волей стоматолога обратился в «немого» и ровным счетом ничего не мог объяснить по поводу случившегося. Самое обидное, что те же Макс и Губан, стоявшие рядом, гоготали во всю глотку. Потуги мычащего собрата доводили их до колик. Впрочем, смеялись они недолго. Ограничившись парой смачных оплеух, помощник Кнута переключился на них, и теперь уже помощникам пришлось потеть и напрягаться, обстоятельно докладывая о разведанных адресах.