Рассказики. Морские истории

– Ну, ты завернул! —возмутился Петрович: -Это же математика, а не физика, чтобы так химичить! Садись. Но пусть встанет твой сосед Колбаско и ответит на самый простой вопрос. Девять подлодок должны выпустить по шесть торпед. Сколько всего должно быть загружено торпед?

Мичман замялся: -Э-э…6х9…м-м-м…

– Ну, вот! —рассердился Петрович: -С места орешь, а умножить 6 на 9 не можешь! Ты же два года в институте учился, пока не выгнали. Не научили считать? А я сейчас покажу, как можно быстро все сделать! —Петрович шагнул к доске, схватил мел и начал писать:

9

+9=18

+9=27

+9=36

+9=45

+9=54

Петрович бросил мел: -Всего 54! Вот так просто! Понял? Садись, студент.

Колбаско уселся, бормоча: -Слава нашему военно-морскому флоту!

Взгляд Петровича скользнул по карте мира и он спросил с хитрецой: -А кто скажет, почему нас так боится Америка?

Желающих ответить не нашлось.

Петрович снисходительно хмыкнул: -Потому что у нас есть такие ракеты, которые могут бабахнуть прямо на территории Белоруссии, и все загнутся! Мы – сразу, Европа через день, а США через пять.

Возникла длительная пауза, в течение которой мичманы пытаются отыскать тайный смысл сказанного. Первым не выдержал Горилко: -А чего сразу моя родная Белоруссия? Чуть что, можно и ракеты взрывать?

– Не преувеличивай, -заметил ему Петрович: -Если посмотреть на карту мира, то Америка вроде бы большая, а Белоруссия маленькая.

Опять повисла пауза. Наконец, что-то прорезается в мозгах у Горилко: -А зачем вообще взрывать ракеты в Белоруссии? Их же можно послать прямо в Америку! И она сразу загнется. Вот как-то так!

– И что? —повернулся к товарищу Колбаско: -Взорвутся ракеты в Америке, загнется она, но мы через пять дней тоже накроемся!

– Почему?

– По диалектике.

Весь ужас ситуации отразился на лицах мичманов. В тишине слышался стук сердец. И тогда Петрович назидательно поднял палец: -Вот потому они нас и боятся!

Вздох облегчения, пропитанный ароматами выхлопа, пронесся по классу. Опоздавший мичман робко спросил: -А что такое диалектика?

– Это нам объяснит Колбаско. Он про диалектику, наверняка, слышал в институте.