Дневник солдата

Снова был на линии обороны в 8 вечера, а затем, после невероятных усилий, около 11 вечера удалось привезти к нашей высотке два транспорта с материалами. По дороге рядом с нами 200-миллиметровый снаряд угодил между санитарными повозками, убив двух человек. Наши лошади были в ужасе, Бейкер пытался их успокоить, и одна из них сбила его и сильно помяла. Я просил его вернуться, но он отказался. Пока мы добирались, все время был сильный обстрел, и я был чертовски рад, наконец, быть на месте. Работа в овраге опять шла медленно, мешал пулеметный огонь немцев и не хватало людей для подноски материалов.

Когда обстрел был особенно сильным, я, прыгая в воронку, напоролся на проволоку, ободрал ногу и совсем оторвал левую штанину. Когда люди ушли, я пытался, пока туман еще не рассеялся, разметить лентой будущую траншею, но уже едва мог двигаться и чуть не заснул на нейтральной полосе.

5 июля. Вернувшись, я узнал, что Дерри заболел. Значит, остальным еще больше работы будет, а мы и так уже на пределе.

Вечером Бейкер тоже почувствовал себя плохо и свалился – вот же не везет ему. У нас осталось три офицера, которым надо выполнять работу за десятерых, и майор тоже скоро не выдержит. Он не ложился уже с неделю и каждый день проходил километров по сорок. Я с ним поговорил и убедил вызвать из тыла офицера по транспорту, чтобы нас было четверо. Я теперь отвечаю за фронт двух бригад.

С 7 вечера снова был на передовой, почти закончили установку проволоки в овраге, несмотря на сильный пулеметный огонь – в моей партии были ранены двое.

Всю ночь был сильный обстрел.

6 июля. Вернулся около 4 утра. Встретился с майором и, хотя сам едва волочил ноги, пошел вместе с ним обратно на позиции, чтобы вместе наметить новую линию траншей. Старина майор едва на ногах стоит, но он скорее упадет замертво, чем сдастся. Надеюсь, мы продержимся до тех пор, пока на нас не пополнят офицерами, но голова трещит жутко, а глаза, кажется, скоро выскочат из орбит. Как мало людей знает, что значит быть по-настоящему вымотанным, когда тело отказывает, а разум все еще заставляет тебя двигаться.

"Когда в сраженьи твой черед настанет,

А сил и нервов нету устоять,

Тогда стеной одна лишь воля станет

И скажет – "Не сдаваться и держать!"[18 - Строки из стихотворения Р. Киплинга "Если", перевод А. Ершова. (Прим. пер.)]

Надеюсь, нашей воли хватит.

7 июля.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».