Дневник солдата

Вечером дивизионный оркестр дал отличный концерт, несмотря на то, что "сцену" постоянно сотрясал грохот орудий.

14 мая. Ходил с Меллором на передовую, чтобы принять у него работы на второй линии траншей[6 - Система долговременной обороны на Западном фронте состояла из нескольких линий траншей. Каждая линия включала три траншеи – первую, втораую (вспомогательную) и резервную (Прим. пер.)]. Зашел засвидетельствовать почтение в сам Ипр – там ничего особенно не изменилось. Пока я делал эту запись в дневнике, над лагерем пролетел немецкий самолет и сбил два наших наблюдательных аэростата, которые загорелись и рухнули на землю.

Наблюдатели успели надеть парашюты и приземлились в лесу метрах в двухстах. Позже прилетали еще два фрица, но одного отогнали, а второй был вынужден сесть из-за поломки пропеллера.

15 мая. Ночью и рано утром был сильный обстрел, наши отвечали, так что поспать толком не удалось. Было пять прилетов из крупнокалиберных. Снова был в Ипре на сооружении непроницаемых для газов блиндажей.

16 мая. Весь день был на работах в траншеях, видел несколько воздушных боев, но потерь с обеих сторон не было. Ночью руководил партией из 200 пехотинцев на строительстве баррикады на главной дороге из Ипра в Поперинге. Противник обстреливал нашу батарею 230-миллиметровых рядом со вспомогательной лежневой дорогой, и пока мы шли, снаряды разрывались метрах в пятнадцати от нас. Мы не стали дожидаться, пока фрицы пристреляются – у них это всегда быстро получается! Прибыли на место и обнаружили, что половина рабочей партии туда не добралась из-за того, что в штабе бригады им дали неверные инструкции.

Чертовы идиоты в чистеньких брючках – сами бы побродили ночью по окопам, в следующий раз были бы внимательнее.

В обычную оживленную ночь Ипрский выступ представляет собой незабываемое зрелище. Взлетающие и падающие сигнальные ракеты создают вокруг нас кольцо огней, и если не считать то место, где дорога в Поперинге соединяет нас с остальной Францией, кажется, что мы в полном окружении.

В голове не укладывается, что немцы до сих пор нас совсем не отрезали. В эту конкретную ночь фрицы стреляли шрапнелью по Диккебусу, и наши им тоже хорошенько отвечали. 110-миллиметровые гаубицы работали без перерыва, и, глядя на разрывы снарядов на вражеском переднем крае, я невольно пожалел их пехотинцев. Вскоре артиллерия противника положила несколько фугасов слева от нашей баррикады, и мои симпатии к фрицам быстро испарились.