Три дьявола для наследницы

Все внутри противилось прозвучавшим словам, но стоило проклятому нелюдю дотронуться, стоило провести подушечками пальцев по коже, как в ответ изнутри по мне словно бил десяток маленьких молний. Они покалывали, проникали в мышцы, жалили нервы, заставляя замирать дыхание в горле.

А его губы… Демоновы губы, след которых все еще жег шею… Они были ласковыми. Нежными и мягкими, как самая изощренная в моей жизни пытка. И несмотря на все безумие, что горело в глазах главного следователя его величества, прикосновения Рейялара оставались какими-то колдовскими.

Дикими и горячими, грозящими сжечь в пепел все мое самообладание.

Самообладание… А оно вообще у меня было?..

– Как ВЫ посмели задать мне этот вопрос? – хрипло спросила я, изнутри кусая щеку, чтобы черное наваждение перестало застилать трезвую голову наркотической пеленой. – По-вашему, я продажная тряпка? Которой можно бросить деньги, как кость собаке, и делать с ней все, что заблагорассудится? – цедила я сквозь зубы.

От собственных слов обидно стало до мерзкого привкуса на языке.

А может, это был металлический вкус крови из прокушенной щеки.

В глазах Рейялара что-то проскользнуло, но всего на миг. Словно он понял, какую чушь сказал, да было поздно. Не в правилах аж самого лорда Фарриса забирать свои слова обратно.

– Я не имел в виду, что ты продажная тряпка, – проговорил он чуть спокойнее, но при этом сильнее вдавил меня бедрами, словно показывая тем самым, что не собирается выпускать. – Не выдумывай… Это тебя все равно не спасет.

Я слишком заведен… Зря ты пришла сюда сегодня, Матильда.

При этом его голос звучал так твердо, словно то, что он там задумал у себя в голове, было уже решившимся фактом.

Я громко сглотнула, чувствуя, как ком в горле стал больше. В висках застучало.

От настроя Рейялара мне стало страшно… и жарко. Еще жарче.

Мои руки лежали на обнаженной груди василиска, потому что я пыталась его оттолкнуть. Пару секунд назад пыталась, но теперь уже не делала этого, потому что бесполезно.

Однако когда ладони не толкали, моя поза стала выглядеть очень двусмысленно.

Пальцы касались напряженных тугих мышц, то и дело подрагивая на горячей, почти раскаленной коже. Я видела, что стоит спуститься всего на пару сантиметров вниз, чтобы коснуться маленьких твердых сосков на мужской груди.

В голове вспыхнула неуместная мысль: насколько они чувствительны? В приюте по вечерам девчонки любили шептаться, передавая друг другу сплетни.