Три дьявола для принцессы

Как нож в масло или стилет под ребро…

Прошло буквально несколько минут, а он уже сидел за тем самым дорогим столом, который явно подготовили специально для него, бегло просматривал отчеты, бумаги и записи, разбросанные вокруг в беспорядке.

Пухлый шелье Тарш при этом стоял рядом и отчаянно краснел, то и дело отирая пот со лба.

– Простите, лорд Фаррис (ах во-о-от как его зовут!), – пробормотал толстяк, – я не успел прибрать бумаги перед вашим приходом. Мы едва-едва сумели обставить кабинет и принести все папки…

– Я все понял, – холодно отрезал красноволосый, не поднимая головы, и стрельнул в мужичка острым взглядом из-под бровей.

А я вдруг вновь обратила внимание, что его глаза носили не менее странный цвет, чем волосы. Ярко-красные с каким-то темным оттенком. Как дорогие кровавые рубины с Костяных гор.

Рассматривая его глаза, я на миг забылась, и как раз в эту секунду лорд Фаррис переключил внимание с толстяка на меня.

В кабинете словно сразу стало на несколько градусов жарче.

– Выйди вон, – бросил он зло, все еще глядя на меня, а я едва не подскочила от этого приказа.

– Я? – переспросила удивленно, не в силах сдвинуться с места. Взгляд этого странного типа словно намертво пригвоздил к полу.

А как убежать-то хотелось – страсть!

– Хорошо, уже ухожу! – воскликнула, под тяжелым взглядом лорда ощутив себя мышью, на которую вот-вот набросится большой… совсем не кот, а кто-то пострашнее.

– Я не вам! – прорычал он не менее зло, чем прежде. И тут наконец отвернулся, посмотрев на толстяка.

– Да-да, конечно! – теперь уже взвизгнул толстяк и скрылся из кабинета с такой прытью, которую не ожидаешь обнаружить в столь грузном, неповоротливом теле.

И вот совершенно неожиданно мы остались с лордом Фаррисом наедине. Дверь захлопнулась, отрезая нас от окружающего мира и меня лично – от спасительной тени коридора.

Я почти позавидовала толстяку.

Мрачный, как грозовое небо, лорд тем временем встал и, сцепив руки за спиной, начал приближаться ко мне.

– А… простите, лорд Фаррис, могу я поинтересоваться, с какой целью… – начала было лепетать я, но все слова разом застряли в горле, когда мужчина подошел ко мне настолько близко, что я почти ощутила на коже его дыхание. Он склонился надо мной, сверля алыми глазами, а я из последних сил держалась, чтобы позорно не отступить назад.

Подумаешь – дознаватель! Он, в конце концов, представитель закона! А значит, бояться его – совсем уж глупо.