Самый злой вид. В начале дел кровавых

– Алексей Геннадьевич, как вы представляете себе наш поход по незнакомому месту? Это ведь не городской парк. Здесь дорожек и тропинок нет. Это самый настоящий лес.

– Александр, я благодарен вам за то, что вы собрали всех людей вместе, это было очень правильно и своевременно. Но давайте вы не будете мне мешать. Вот молодой человек только что правильно заявил. Руководитель должен быть один. Меня назначили ответственным за всех вас. И я намерен нести эту ответственность до конца. Поэтому прошу не перебивать меня и четко выполнять мои указания.

Заместитель подошел вплотную к Александру и посмотрел ему в глаза, пытаясь выглядеть выше и солиднее. Но так как он был на пол головы ниже, на Александра это не произвело никакого эффекта.

– Я не буду молчать. Мы должны оставаться на месте. Нас никто не ищет, но и двигаться в таком в составе и в таком виде мы никуда не можем. А самое главное – мы не знаем где находимся и куда идти. Сейчас самое важное – это развести огонь, построить укрытие и найти воду.

– Ну, насчет огня и воды – я полностью согласен, а вот укрытие… Ну что вы такое говорите, – снова подал голос мужчина, вышедший с женщиной, – Вода и огонь нам нужны, укрытие нет. Ведь потом нужно определиться куда идти и начать движение.

Александр слегка смутился, но быстро взял себя в руки.

– Да, вы правы наверное.

– Давайте вы двое все-таки помолчите и будете слушать меня, – не выдержал Алексей Геннадьевич столь явного попрания его авторитета как руководителя.

– Не надо затыкать нам рот, – подала голос женщина, стоявшая рядом с мужчиной, – Мы все находимся в одинаковых условиях и вас начальником никто не выбирал. Я прекрасно понимаю, что вы привыкли руководить, но здесь есть и другие люди, умеющие и знающие как это делать. Ваша идея с общим походом через лес – действительно полностью глупая и не выдерживает никакой критики. Вы уже не можете являться руководителем! Ваше самое первое решение было неверным, даже молодой человек оказался более прозорливым.

– Женщина! Я прошу! Нет, я настаиваю, чтобы здесь была тишина!, – Алексей Геннадьевич стал кричать, но явно не от переизбытка чувств или эмоций, а работая на толпу, – В чрезвычайных ситуациях должен быть только один руководитель, и им буду я, так как примерно половина присутствующих здесь людей, являются моими прямыми подчиненными.