Турнир для сиротки

– Пф-ф-ф… Вот он из-за твоего никака и стал смурной, как мырк оголодавший! И пахнет от него теперь противно.

– Пахнет?.. – удивилась я, и бледно пошутила. – Мыться, что ли, перестал?

– Не, он в ванну ходит! – утешил Шерик. – Даже и дрыхнет там иногда… Не грязью он пахнет, а печалькой.

Выдав это словечко, явно подхваченное от меня, рысик сморщил нос, призадумался и нашел другое:

– То есть тоской. Ну вот как я под дождем! Мне было мрачно, тоскливо и серо все, понимаешь? И у него сейчас вот так.

Я сжала кулаки.

В такие моменты мне становилось невыносимо просто быть, просто существовать. Словно морально содрали шкуру и насыпали под нее соли, и каждое движение причиняет страдания.

Даже Шерик считает, что я должна была подуться, но, видимо, спустя пару дней радостно повиснуть на шее у Тарга. Ну а что, у нас же любовь? Он же только сначала видел во мне лишь тело, которое можно завалить куда-нибудь и беспечно пойти дальше, а сейчас-то все серьезно!

Ведь такая мелочь, как доверие, она восстанавливается.

Сравнили тоже, доверие и любовь! Ну и что с того, что потом долгие годы ты будешь сомневаться в намерениях того, кто рядом, главное сейчас все наладить, так ведь? И чтобы великолепный герцог не пах тоской. А как я при этом себя чувствовать стану… и то, что я не готова даже видеть его, это все мелочи.

Девчачьи загоны!

Так что, если честно, Тариса мне было жалко, но не слишком. Мигом вспомнились все мои ночные истерики и мысли о том, что теперь у меня вообще никогда не получится доверять людям и мужчинам.

Вот проявит ко мне кто-то интерес, а я буду считать, что это все не просто так!

Так что славно, что не я одна страдаю! Заслужил он! Заслужил! И хотя вряд ли долго будет печалиться, но хоть сколько-то!

Но на самом деле хорошо, если не очень долго… Потому что на самом деле не хочу я, чтобы из-за меня кому-то было серо, мрачно и тоскливо.

Герцог Таргский быстро перестанет убиваться из-за деревенской девчонки.

Но пока страдает – пусть страдает! Ведь это значит, что он все-таки и правда любил меня… хоть капельку, но ведь любил?

Стыдно признаться, но в общагу я заходила в приподнятом расположении духа.

И по лестнице поднималась в очень даже хорошем настроении! И даже двери в наши комнаты открывала вполне себе радостная!

Пока не увидела в общей гостиной стоящий в вазе букет цветов. Сердце на несколько мгновений замерло, а потом подскочило в горло и начало там гулко биться, практически оглушая меня.