Орки. Серия книг «Хранитель странников»

Больше Макс ничего не сказал, он молча смотрел на людей и думал:

– Пять тысяч воинов пришли, чтобы перебить жителей Оркоса, решив, что такие соседи им не по нраву, несмотря на то, что орки встали на мирный путь и принялись за работу впервые за долгие годы. Они первыми напали на нас. А эти… – Макс посмотрел на Миру и ее братьев, но по-прежнему молчал. – Изрешетили стрелами скелета, чуть не убили палача. Напали на меня и, хотя я неоднократно позволял им поднять честно выбитое оружие, ударили сзади. Как предатели, на безоружного, сзади… Как все это не справедливо! И вы про все это забыли, как только увидели слюнявые слезы?!

Макс опустил руки и хотел что-то сказать, но обернулся на крик Одена:

– Вандерер! Я мог сбежать! Я был уже в одном шаге от свободы.

Но я вернулся, чтобы отдать свою жизнь в обмен на жизнь прекрасной дочери генерала Даласа. Я прошу прощения за содеянное у жителей Оркоса. Мы были не правы и понесем жестокое, но справедливое наказание за это.

Парень вернулся и подошел к Максу, отдал свой меч в его руки, встал на колени и низко склонил голову.

После встал, шагнул влево и хотел было прыгнуть в кипящее масло.

В это мгновение слезы жалости потекли из глаз даже у гоблинов-людоедов, настолько взяла их за душу сцена самопожертвования. Принцесса Тала просто рыдала, а Мира молча провожала отца взглядом. Она дорожила каждым оставшимся мгновением.

Макс резким движением руки остановил Одена, сбив его с ног, и произнес:

– Что же вы все сначала делаете, потом думаете, а в последнюю очередь говорите, когда уже поздно и пора расплачиваться?!

– Так вот он какой Вандерер, бог орков, – произнес Карл, не отводя глаз от Макса.

Король надеялся, что казнь будет остановлена, а пока пленники продолжали медленно опускаться. К крикам уже коснувшихся масла, добавилось еще несколько голосов, чьи жалобные вопли разрывали сердца людей на части.

– Достаточно, – сказал палачам Макс и повернулся к Мире. – Однажды я попрошу тебя выполнить мою просьбу, и ты без колебаний все исполнишь.

А тебя, Тирос, я запомнил! Сочтемся позже…

Парня крепко держали за руки два орка, но он даже и не думал вырываться, радуясь, что казнь остановлена. Зрители облегченно вздохнули, как только веревки перестали опускаться вниз и с сожалением смотрели на умирающих от боли людей, которые в силу более длинных веревок уже достали до масла.

Макс пошел прочь. Кто-то провожал его печальным взглядом, кто-то – злым, многие мысленно проклинали его.