Метаморфозы промежности (сборник)

Только так можно получить настоящее наслаждение в жару, и при этом совсем не бояться последствий!

– Прикидываешь, Ленка, – Марина взяла очередной стакан со столика, – какую дрянь мы с тобой литрами глотали во всяких заведениях, якобы высшего класса.

– Ни в какое сравнение не идёт! – согласилась Лена.

– Ты настоящий бармен, Шурочка! – поднимая бокал, произнесла торжественно Марина.

– В смысле барменша? – насторожился я.

– Нет, я не ошиблась, именно бармен! – Лена загадочно посмотрела на меня, и я подумал, что наступает конец спектакля.

 – Помнишь, вчера, когда мы все там дружились, ты спросила: «Что такое буч?»

– Помню! – ответил я.

– Шура, или можно я буду называть тебя Саша? – повернулась ко мне Марина.

– Называй, как нравиться, – попытался показать безразличие я.

– Так вот, Саша, наши отношения предполагают полную ясность и честность. Мы с Ленкой уже давно вместе, и обе предпочитаем быть в пассивной роли, то есть оставаться женщиной во всех смыслах этого слова: от внешности, до поведения.

Мы очень любим принимать ухаживания, и быть, так сказать, ведомой. Понимаешь, о чём я?

– Понимаю! – ответил я с некоторым облегчением.

– То, что произошло вчера, было именно тем, что хотелось нам обоим. То есть ты нас ублажала и будоражила всю нашу женскую сущность. Такая женщина как ты, в женских близких отношениях, и называется «буч», то есть доминирующая, ведущая.

Ты вчера олицетворяла в постели как бы мужчину для нас. То есть то, чего нам и хотелось.

– Вы меня девочки извините, но встаёт естественный вопрос: «А почему бы вам не завести мужиков, и пускай они доминируют над вами?»

– Это совсем другое, Саша! Когда в постели две, или, как в нашем случае, три женщины, мы можем полностью расслабиться. Мы не стесняемся друг друга! Мы полностью открыты и расслаблены! Мы знаем, что именно хочет партнёрша! Мы делаем так, чтобы получить максимум удовольствия от таких взаимоотношений.

И у нас это здорово получается. А вчера ты нам показала, что может быть ещё лучше!

– Не понимаю, – не унимался я, – почему же всё-таки мужчины вас не могут также ублажать?

Поймав их удивлённые взгляды, я понял, что никогда ещё Штирлиц не был так близко от провала.

– Саша, ты нас удивляешь! – насторожилась Марина.