Замок на двоих. Пряха короля эльфов

 – Так что по ночам будет тянуть ко мне.

– Связывать ее можно на ночь, да? – с воодушевлением предложил Айкен Драм.

– Не стоит, – подарил уже ему улыбку правитель. – Думаю, что это будет даже интересно – попробовать снять чары.

– За столько лет вы никогда этим не занимались?!

– Не было необходимости.

Конечно. Куда проще не морочиться и превратить в паучиху!

Очень хотелось возмутиться, но я прикусила язычок и решила, что раз разговор уже находится в этой плоскости, то хорошо бы получить что-то полезное для себя лично.

– Ты сказал, что был бы рад платить мастерством. – Я нервно поерзала, стискивая бокал. – Это действительно можно устроить?

Фейри подался вперед, пристально глядя на меня. От тягучего молчания и этого взора у меня вновь дрогнули пальцы.

– А ты хочешь именно этого? Мастерства?

– Да, – решительно кивнула я и, решив, что король колеблется, торопливо добавила: – Богатство мне не нужно, но я буду счастлива тут чему-то научиться.

Искусство мастеров дивного народа несравнимо ни с чьим другим.

Я ни за что не упущу такой возможности!

Он запрокинул голову, искренне рассмеявшись. Потом перекинул волосы, обнажая одно длинное, острое ухо, и кивнул:

– Хорошо, Элла. Я подумаю. А сейчас… ночь в разгаре и тебе пора в свою комнату. Айкен, проводи мою пряху.

– Как прикажет повелитель.

Глава 5. О моей замечательной работе и включении в рацион необходимых продуктов

Остаток ночи спала я плохо. Ну или, наоборот, хорошо. Это как посмотреть… Когда тебе снится твоя обычная, нормальная жизнь, но во сне ты понимаешь, что это только сон, а на самом деле реальность переменилась напрочь и безвозвратно, – и просыпаешься… Это вот хорошо или плохо?!

А вот проснувшись, ощущала себя очень даже прекрасно.

То ли потому то кровать была мягче, чем дома, то ли цвет постельного белья располагал к неге и создавал атмосферу уюта и умиротворения. Я вообще люблю сиреневые тона…

Еще за пологом кровати мягко шуршал снег. И я, улыбаясь, слушала тихую мелодию падающих снежинок… до тех пор, пока не проснулась окончательно и не сообразила, что это не снег вовсе, а голос.

– Доброе утро, госпожа! – шептали снежинки. – Моя госпожа проснулась! Ей снились приятные сны, и я качался в их волнах вместе с нею, золотой пряхой… Как же я рад служить вам, о прекрасная госпожа… добрая, нежная, милая…

– Тау? – спросила я, и сиреневый полог качнулся, чуть сдвинулся сбоку, и впустил кусочек искристого вихря.