Белая радуга

Старик переключил монитор в режим зеркала. Хорошо пожил, хорошо сохранился. Немногие в нынешний век живут до таких лет. В академии, узнав дату, завидовали, пророчили путь на самый верх. Не подфартило… Девушки так и вешались на шею, пока он не "обрел свою любовь". Сам виноват.Прекрасно знал, на что шел. Сроки редко когда бывают тайной в отношениях. А между ним и женой никаких секретов не было, до самого конца. О чем только думал? О детях? Пока дочь не появилась на свет и не перечеркнула большую часть жизни… А после? Ни о чем? Плыл по течению? А мог бы сейчас заседать в совете…

Хватит, проехали.

Одно Седой понял точно. Осознал, как будто в голову вдолбили, после всех прожитых лет. Дата смерти – лишь небольшой кусочек будущего, как подглядывание в замочную скважину. Никогда не знаешь, что подкинет судьба, бог по-прежнему смеется над планами. Можно полжизни проваляться "овощем", остаться без рук и без ног, лишиться разума, страдать от боли, от хронических болезней… Технически ты все еще будешь живой… И не сможешь уйти раньше срока, вот что самое страшное.

Человек – по-прежнему хрупкое создание, как фарфоровая кукла.

Седому тут повезло: к финалу он подходил будучи в трезвом уме, твердой памяти и относительно здоровым, насколько это возможно в его годы, при современном, почти полностью отсутствующем здравоохранении. Карьера не задалась – что правда, то правда – застрял навеки на месте начальника корпуса.

Мысли вновь вернулись к Эну, завершив полный круг. Агент мог спутать все карты. И в то же время оказаться полезным, а то и вовсе неожиданным и радикальным решением, пресловутым "богом из машины".

Седой ткнул пальцем в световую кнопку, чтобы передать секретарше: "Как будет готов офис для нашего свежего пополнения, не забудьте сообщить ему пароль."

– Какой пароль? От чего? – на экране появилась растрепанная голова с наивным, недоумевающим лицом.

– От офиса, разумеется! – Седой намеренно сбил с толку, подчеркнуто, с выражением "это же очевидно".

– А-а! – больше вопросов у нее не было, и судя по занесенной руке, она собиралась оборвать связь.

– Постойте, Мэг, – остановил ее Седой. – Но ведь я же его вам не сказал.

– И правда…

– Мэг, соберитесь! – он перешел на строгий тон. – Ближайшие часы будут важными.