Доктор Данилов на кафедре

Трость, чтобы не мешалась, прислонил к столу Любови Сергеевны.

– Владимир Александрович, а можно нескромный вопрос?

– Смотря какой, – улыбнулся Данилов. – Если не слишком интимный, то можно.

– Почему вы то с палочкой ходите, то без нее?

– Это ваш нескромный вопрос? А я-то подумал… Колено периодически ноет, и тогда приходится снижать нагрузку. Но без третьей ноги мне морально комфортнее, никак к ней не привыкну.

– Я понимаю, – кивнула Любовь Сергеевна. – Вы – молодой энергичный мужчина, вам этот стариковский атрибут нравиться не может.

– За комплимент спасибо, но дело не в том – неудобно, когда одна рука постоянно занята…

И еще Данилову было очень непривычно, что в метро все или почти все норовили уступить ему место. Как же: раз с палочкой, значит, инвалид. Вчера вечером это попытался сделать мужчина лет шестидесяти пяти. Данилов смущенно поблагодарил, но сесть отказался. Мужчина оказался настойчивым, и они, на потеху всему вагону, вежливо препирались от «Пролетарской» до «Текстильщиков» прямо как Чичиков с Маниловым.

Препирались бы и до самих «Кузьминок», если бы мужчина не вышел в «Текстильщиках». А тут еще какая-то полная пергидрольная дама начала громко сочувственно охать и полезла с вопросами:

– Вы военный, правда? Я же по выправке вижу, что вы – офицер! – Данилов, которого мать вечно ругала за то, что он сутулится, еле удержался от смеха. – Это у вас ранение? Да? Вы в горячих точках служили? А где именно? Племянник моего покойного мужа служил в Карабахе.

А вы были там? У вас пулевое или осколочное?

– Это у меня врожденное, – соврал Данилов, надеясь, что дама отстанет.

Фигушки!

– Врожденное?! – пуще прежнего оживилась дама. – А что же ваши родители не лечили вам ножку? Ну, папа еще ладно, мужчины никогда не занимаются детьми, а мама? Что думала ваша мать?

Поняв, что в ответ на каждое слово получит не менее сотни, Данилов больше на вопросы не отвечал.

Дама довольно скоро обиделась и сменила тему: начала жаловаться кому-то на своего зятя.

– Вы представляете, он работает семь дней в месяц, а все остальное время отдыхает! Я как только ему не намекала: и газеты с вакансиями на стол клала, и объявления приносила…

«Не иначе, зять – врач или фельдшер, – подумал Данилов. – Знакомая ситуация. Только не надо путать сутки с днями. День – когда с девяти до пяти, а потом домой».