Доктор Данилов в дурдоме, или Страшная история со счастливым концом

На лежащих в коридоре пациентов она, как заметил Данилов, особого внимания не обращала.

«Психиатрическая клиника – это когда на занятия приходишь, а когда лежишь, то это дурдом, – подумал Данилов, шагая по коридору. – Хотя если разобраться, то слова ничего не меняют. Слова, слова, напрасные слова, изнанка ложной сути… нет, кажется там, в романсе, было другое слово… обертка ложной сути… нет, опять не то…»

Истертые подошвы больничных тапок отчаянно скользили по не менее истертому линолеуму. Или это принятые таблетки так повлияли на координацию движений?

Уже в постели он наконец вспомнил нужное слово («виньетка, конечно же виньетка») и почувствовал, как с плеч свалилась невидимая гора.

Как же мало иногда нужно человеку для счастья. Ну, если не для счастья, то хотя бы для радости…

Глава пятая

Шизофрения – это расщепление разума

Чем, собственно говоря, параноик отличается от обычных людей?

Избыточной подозрительностью и неверной оценкой ситуации. Галлюцинаций у параноиков не бывает.

Им хватает надуманных подозрений в том, что вокруг – одни враги или почти одни враги.

Сомнения, недоверие, подозрительность, злопамятность, болезненная ранимость, агрессивность – вот основные черты параноика.

Провидение решило, что одного Юры Данилову не хватит для полного счастья, и в шестую палату положили Михаила Вениаминовича, школьного завуча и по совместительству преподавателя математики. За сорок лет своей жизни Михаил Вениаминович впервые оказался в психиатрической больнице и радости по этому поводу не выказывал.

Наоборот, всячески пытался убедить как лечащего врача, так и соседей по палате в своей абсолютной, совершенной, безукоризненной нормальности.

Разумеется, Михаил Вениаминович был непризнанным гением.

– Я работаю в школе, чтобы иметь свободное время для решения одной проблемы, – сообщил он при знакомстве. – Очень важной проблемы, не мирового, а, можно сказать, вселенского масштаба!

Данилов мудро не стал ничего уточнять, а менее сведущий в психиатрии Юра спросил:

– А что за проблема?

– Это не для средних умов, – отрезал Михаил Вениаминович.

Юра не обиделся – он сознавал свою необразованность.

Жилось Михаилу Вениаминовичу нелегко. Дома его пыталась извести жена, коварная, жестокая и весьма развратная женщина, имевшая чуть ли не дюжину молодых любовников.

– Она не хочет разменивать квартиру, вот и пытается меня отравить. Причем травит с умом, постепенно, чтобы было похоже на болезнь.